Она собрала все силы в кулак, распахнула дверь и вошла, просто так, без стука. Влада лежала на кровати и читала книгу. Худая, маленькая девочка, с кругами под глазами и длинными медовыми волосами, распластанными по кровати. Почему– то ей на минутку даже не захотелось выяснять с ней отношения– уж слишком она была беспомощной и беззащитной. Потом гнев к ней снова вернулся.
– И на тебя он меня променял?– высокомерно сказала она на хорошем английском.
– Простите?– не поняла Влада, что имеет ввиду эта вломившаяся к ней незнакомая женщина.
Малика манерно расположилась в кресле напротив и продолжила:
– Я жена Карима. И мне не нравится, что ты с ним спишь,– враждебно начала она.
Влада отложила книгу, приняла полусидячее положение:
– Это не я с ним сплю, а он со мной хочет спать,– тихо и вкрадчиво произнесла она.
Малика достала из кармана сигарету и прикурила.
–Хочешь?– как– то горько и обреченно проговорила она, протягивая Владе пачку.
– Спасибо,– она тоже прикурила, хотя в принципе не курила. Захотелось почему– то.
– Он влюбчивый, потому что молодой и горячий, не правда ли? С ним хорошо,– сказала Малика, выпуская плавными волнами дым изо рта.
– Я не хочу его. Поверьте мне. Он хороший парень, но не нужен мне. Я хочу выбраться отсюда,– ответила Влада.
Собеседница усмехнулась, стряхнув пепел в стоявшую на столе тарелку.
– И как ты себе это представляешь? Это невозможно, дурочка.
– Помоги мне,– вдруг произнесла Влада.
– Тебе? Помочь? С чего я должна тебе помогать?
– Ты ведь хочешь от меня избавиться, правда?
Малика утвердительно качнула головой.
– Так помоги мне.
– Неужели ты думаешь, что я стану так рисковать ради тебя? Думаю, он наиграется и сам выкинет тебя– это дело времени.
– Не выкинет,– перебила ее Влада.
– Откуда такая уверенность?– как можно более высокомерно возразила Малика,– поверь мне, он сходил по мне с ума не меньше. Знаешь, он ведь отбил меня у моего жениха, своего близкого друга…Неужели ты думаешь, что он нашел в тебе что– то особенное? Брось, ты просто экзотическая игрушка, не больше. Поверь, он любит настоящих женщин, как я…С формами, с красивой грудью, розовой бархатной кожей…А ты…Не обижайся, конечно, но ты скорее похожа на плохо кушающую школьницу…
Влада улыбнулась, словно ни капли не было обижена ее словами.
– Знаешь, а ведь это ты в меня вселила окончательную уверенность, что у него ко мне все серьезно, иначе бы ты не пришла сюда унижаться.
– Унижаться, говоришь?!– распалялась Малика,– и это говорит мне русская шармута, которую трахает по своему желанию чужой мужчина, словно она рабыня или наложница?! Я его жена, поэтому я тут!– уже кричала она.
Влада даже не заметила, что ни разу не отряхнула пепел со своей сигареты. Теперь он скопом обвалился на ее белую ночнушку, она начала отряхивать юбку.
– Отряхивай– не отряхивай– ты уже по уши в дерьме.
– Тогда зачем ты здесь, мадам Диб?– язвительно спросила Влада.
Малика молчала. Она сама не знала, что же все– таки привело ее сюда. Ревность, боль, интерес, желание повыдергать ей волосы…
– Карим прикоснулся ко мне один раз, против моей воли. И никак не может забыть… Представляешь, что будет, если я отвечу ему взаимностью… Как думаешь, останутся у тебя шансы? Такой доступной, такой испробованной…– она сама не знала, откуда у нее взялась эта наглость вот так ей отвечать… Возможно, потому что она понимала, что не блефует. Что говорит правду…А еще в душе был триумф– если она здесь, значит нет там идиллии, значит Карим отнюдь не так счастлив с женушкой, как она себе напредставляла… И почему только ее это радует….
– Я подумаю, как тебе помочь..– сказала Малика вкрадчиво и быстро подалась из комнаты вон.
Она понимала, что это конец… Что даже если она действительно сделает так, что русская сбежит, сердце Карима все еще будет принадлежать этой Владе… А дальше дело времени– как только он получит власть, он не остановится ни перед чем, чтобы вернуть желаемое… Она знала это по себе… Выход был один– отчаянный, но неизбежный…
Малика понимала, что в случае провала потеряет все, но такова уж была ее натура– рисковать, так всем. Быть победителем– забирать все… Она заранее навела справки про Абу Умара и поняла, что он идеальный вариант для реализации ее планов. Фанатик, несчастный человек, потерявший всю семью, отчаянный, некоммуникабельный, непонятый… Такие управляемы легче всего, внушаемы на раз– два…
Она заблаговременно надела на голову хиджаб, чтобы произвести на него наилучшее впечатление богобоязненной, скромной женщины, переживающей за революцию и за своего благоверного. Зашла издалека… Как умела, пустила слезу печали и отчаяния..
