– Приму; уж очень спать хочется. Подай мне воды… и поцелуй на ночь. Иначе я обижусь и попрошу миссис Слоун сделать это вместо тебя.
Медсестричка хихикнула:
– Попробую себя заставить.
Спустя минуту Винифред ушла.
(Ну что, Юнис? Как тебе этот поцелуй?) (Неплохо, лесба. Скажем, восемьдесят процентов от того, как получается у Джейка.) (Не дразни меня.) (Сами увидите. Винни славная, но у Джейка за плечами годы практики. Я вовсе не принижаю достоинств Винни. Думала, вы ее к нам под одеяло затащите.) (Когда миссис Слоун в двух шагах и следит за нашим сердцебиением? За кого ты меня принимаешь? За полную дуру?) (Да.) (Спи уже!)
В Париже и Монтевидео по-прежнему шли мирные переговоры. Бои продолжались на чисто номинальном уровне, а погибшие не жаловались. Студенческий парламент снял с поста новоизбранного ректора Гарвардского университета и отложил назначение следующего на неопределенный срок. Секретарь ЗОС озвучил план по увеличению содержания воды в заливе Сан-Франциско на 37 процентов; Комиссия по надзору за водными ресурсами в ответ указала на отсутствие у ЗОС необходимых полномочий. В Алма-Ате сержант полиции нравов с помощью кесарева сечения произвела на свет здорового двухголового мальчика; роды в прямом эфире транслировались на весь мир и даже на Луну под хоровое исполнение избранных мест из цитатника председателя Лю. В Вашингтоне Налоговое управление согласно Положению о бюджете 1987 года (вариант для чрезвычайных ситуаций) объявило о временном повышении налогов на семь процентов. В Майами прошла пресс-конференция новой мисс Вселенной (мисс Гана – 106-55-96), в ходе которой она через своего пресс-секретаря и переводчика заявила, что намерена стать первым капитаном звездолета и для этого уже два года изучает под гипнозом неоэйнштейновскую баллистику. Генеральный секретарь Международного братства космонавтов, астронавтов и космических инженеров (входящего в Американскую федерацию труда и Конгресс производственных профсоюзов) публично усомнился в способности мисс Вселенной сладить с простейшей арифметикой. Госпожа президент Всемирного объединения женских клубов обвинила генерального секретаря в контрреволюционной замшелости и мужском шовинизме. Смертность от смога в Лос-Анджелесе уменьшилась на три процента благодаря срочно принятым мерам по снижению уровня загрязненности воздуха и сильному западному ветру.
В большом и старом уродливом доме напротив зеркала в гардеробной сидела в позе лотоса мисс Джоан Юнис Смит. Напротив нее в такой же позе расположилась ее медсестра-компаньонка-горничная.
– Винни, тебе удобно?
– Очень.
– Думаю, ты гибче меня. Хорошо. Давай приготовимся к упражнениям. Начинай.
– Хорошо. Мисс Джоан, а что все это значит? Мне нравятся упражнения, они расслабляют. Но о какой драгоценности речь и почему она в лотосе?
– Это не значит ничего. И одновременно все. Если объяснять словами, это означает мир, любовь, понимание и все, что ты считаешь хорошим. Только надо не думать, дорогая, а
– Хорошо.
– Начинай. Помни о дыхании. Я продолжу.
– Ом мани падме хум.
(Ом мани падме хум. Видите ее ауру? Бурная ночка у нее выдалась!) (Тихо, Юнис. Ты сама придумала читать эти мантры.)
– Ом мани падме хум.
– Ом мани падме хум. – (Ом мани падме хум.) – Ом мани падме хум. Ом мани…
(Джоан, достаточно.) (Так мало? Дорогая, по часам еще и двадцати минут не прошло.) (У меня другие часы, внутренние. Мы разогрелись. Пора. А Винни вообще в трансе.)
– Ом мани падме хум. Винифред? Винни, милая, слышишь меня? Проснись, солнышко уже встало.
Винни по-прежнему сидела в позе лотоса; ступни на бедрах пятками вверх, руки на коленях ладонями вверх. Она не переставала произносить мантру, дыша в такт словам. Ее глаза закатились, видны были только белки.
– Винни, вернись! Хватит!
Глаза девушки вернулись в привычное положение. Растерявшись на мгновение, она улыбнулась:
– Уже? А мне казалось, мы только начали. Я, наверное, уснула.
– Бывает. Ты готова? Тебе тепло и свободно, а мышцы мягкие, как вата?
– Ну… вроде бы.
– Тогда перейдем к индивидуальным упражнениям. – Джоан Юнис поднялась на коврике, словно тянущийся к солнцу цветок. – Указывай мне на ошибки, а я укажу на твои. А потом займемся совместными. – Она осмотрела себя в зеркало. – Вроде бы мой живот подтягивается с каждым днем. Каждый раз себе это твержу.
– Он идеален, и вы это знаете. – Винни медленно встала и подавила зевок.
– Еще не проснулась? Не выспалась ночью?
Девушка слегка покраснела, развела руками и снова улыбнулась:
– Поспала хорошо, но недолго. Мы вас не разбудили?
– Ни звука не слышала и ни о чем не догадалась бы, если бы ты сама меня не предупредила. Милая, если не выспалась, то, может, просто на меня посмотришь и покритикуешь?
– Нет, мне тренировки даже нужнее, чем вам. Не хочу ни дня пропускать. Но я и правда недоспала. Пол… ой! Ладно, хоть фамилию не произнесла.
– У меня как раз зачесалось ухо, и я ничего не услышала.
– Ну вы и лгунишка. Короче говоря, он ушел в полтретьего. Я не выспалась, но не жалею!
