Криминала в том, что доктор не сказал мне о том, что освободил Михайличенко, не было, - он думал, что Леша согласовал этот вопрос со мной. Но это являлось для меня поводом. Не для того, чтобы наказать провинившихся, а чтобы создать фон, который бы разительно отличался от того, что сопутствовал нашей подгов какой-то момент это дало плоды. Мы сыграли дома товарищеский матч с Англией 2: 2, потом в Копенгагене сделали ничью 1: 1 с будущими чемпионами Европы, которые только за неделю до нашего матча узнали, что поедут в Швецию вместо Югославии. Впрочем, достойная игра, показанная в тех встречах, еще больше укрепила в нас самоуверенность, сомнений в том, что мы решим задачу выхода из группы, отчего-то не было. И это несмотря на то, что предстояло первых два матча провести с ФРГ и Голландией! Я беспокоился. Ведь помимо того, чтобы создать рабочую атмосферу, тренер еще и ответственен за морально-волевой настрой, направленный на решение максимальной задачи. Я смотрел на подопечных и совершенно необъяснимо расстраивался. Что-то сквозило такое, что невозможно было описать, но очень смущало и приводило в нервное состояние. К тому же вокруг команды уже в Швеции было какое-то непривычно большое количество разных людей, живших с нами. Иногда это неплохо - у игроков есть возможность пообщаться, эмоционально переключиться с футбола на что-то еще. Но перебарщивать тоже нельзя. Жить всегда надо отдельно, пусть у руководителей футбола и может быть возможность иногда видеть команду. На игру необходимо концентрироваться, что невозможно в нерабочей атмосфере. Надо признать, я не до конца был последователен в своих решениях и считаю, что я виноват в том, как все в итоге произошло. Я переоценил тот факт, что мы хорошо подготовлены с футбольной точки зрения, и считал, что сторонние факторы не повлияют на результат. Я ошибался. Хотя сначала все выглядело очень даже многообещающе…
* * * Настоящей бедой было то, что мы были сборной без гимна, без флага, без страны… На специальном совещании тренеров команд-участниц в Париже уже после турнира мне пришлось выступать с докладом. Как-никак мы сыграли вничью с чемпионами мира и с чемпионами Европы, а также обошли в квалификации бронзового призера чемпионата мира 1990 года - Италию. В итоге за весь цикл мы проиграли всего один матч. Всех интересовали вопросы тактики, подготовки и так далее. Но больше всего собравшихся поразил тот момент, когда я стал говорить о том, что к чемпионату Европы готовилась команда страны, не имеющей ни гимна, ни флага и представляющая неизвестно какое государство. Я в ту минуту смотрел на Ринуса Михелса и видел, что он с трудом себе представляет, как это вообще возможно. Не думаю, что я мог удивить его и прочих коллег разговорами о методах подготовки так, как я это сделал той фразой. Я встретил сочувствие и понимание, притом что до конца каждый из них так и не понял - как же это мы? Флаг и гимн на сегодня остаются для нас самым актуальным вопросом. Со своим стремлением к обогащению мы забыли о том, что имеем собственных игроков, в которых должны вдохнуть идею патриотизма, чтобы они понимали, что являются теми, кто определяет счастье и несчастье миллионов людей.
Специально под матч с Германией я пригласил в сборную Лютого, который к тому времени уже несколько лет играл в этой стране и знал все нюансы, связанные с немецким футболом. Его опыт был для меня крайне важен, он помог и команде приспособиться под стиль немцев, под то силовое давление, которое они оказывают на любого соперника. В итоге вынужден констатировать - победу над чемпионами мира мы упустили. Не использовали свои шансы и пропустили гол в добавленное время. Но положительным моментом оказалось то, что команда не боялась играть, не думала о том, что она может проиграть. Ребята ни разу не выключили мысль на поле, не сбились на примитив. Мало того, что Добровольский так же хладнокровно, как и на Олимпиаде, исполнил пенальти, так еще и вспомните, как он его сам заработал! Он имитировал прием мяча грудью перед собой, а в последний момент сделал уступающее движение, отклонился и принял мяч уже за спиной защитника. Тому ничего не оставалось, кроме фола в штрафной. Великолепно выполненный прием!
Немцы ничем не удивили. Мы их хорошо знали, потому что скрупулезно готовились. Да, пресс был мощный, но мы справлялись. Заставляли немцев атаковать позиционно, а для силовых команд это всегда большая проблема. Да, у них еще играл Маттеус, который был в состоянии направлять атаки, но еще не появился Баллак, умеющий выполнять роль настоящего разыгрывающего. Все было хорошо, но…
Как- то так случайно получилось, что для меня Витя Онопко является роковым игроком. Я кричал ему на последней минуте, чтобы он просто вынес мяч, но он пошел в обводку, потерял мяч, после чего и назначили тот самый штрафной, с которого Хесслер сравнял счет. Все, матч заканчивается.
