— Да... но немного раньше. Ваша глупая шутка с запертым классом привела к тому, что сестра устроила мне допрос на определенную тему. Если помнишь, я тебе о нем уже рассказывала.
Вайсс сердито посмотрела на Янг, но та лишь ухмыльнулась в ответ.
— И всё это очень напоминало тот разговор с миссис Арк, вот только на этот раз вопросы задавала моя собственная сестра. Я ощущала себя невероятно униженной, а когда возвращалась обратно в нашу комнату, то столкнулась в коридоре с Жоном. Разумеется, первым же делом мне в голову полезли мысли о нас с ним. И не какие-то там романтические, а что-то вроде: "Боги, Винтер подумала, что я целовалась вот с ним?!" Мое смущение постепенно нарастало, и его бой с Пиррой ситуацию ничуть не разрядил. Ты знаешь, что потом она подошла ко мне и рассказала, как Жон сам подтвердил ей ту теорию?
— Не может быть, — выдохнула Янг. — Но... Но почему он тогда тебе отказал?
— Понятия не имею, — вздохнула Вайсс. — Жон лишь упомянул какие-то причины.
Причины, которые не были ей известны и вряд ли могли ее удовлетворить.
— Как бы то ни было, после этого Жон спас меня от того огненного шара, и мысль о нас уже никуда не хотела уходить из моей головы. Она мучила меня, а любые его слова или действия лишь подливали масло в огонь.
"Ради нее я готов был прыгнуть в адское пекло и радостно умереть с осознанием того, что она осталась жива".
Разумеется, Жон имел в виду свою мать, но сходство... Он рискнул своей жизнью ради Вайсс точно так же, как сделал это ради своей матери. Разве стоило винить ее в том, что она неправильно всё поняла?
— Тогда мне показалось, что он испытывал ко мне нечто такое, о чем я даже не подозревала, — вздохнула Вайсс. — И меня стали мучить сомнения насчет того, что я могла ошибаться... Что Винтер и миссис Арк видели правду, а я оставалась слепа.
— Ох, Вайсс... — прошептала Янг, поспешив ее обнять.
— Я начала думать над тем, что еще могло остаться мной незамеченным... и как мне со всем этим следовало поступить. А потом Жон попросил меня не волноваться насчет пары на танцы, и его слова оказались всего лишь подтверждением моих мыслей. Я пришла в нашу комнату и спросила у самой себя, могли ли мы с Жоном стать парой? Что именно я думала о такой возможности?
— И мысль о вас двоих тебе понравилась, верно?..
— Да, — прошептала Вайсс. — Она была очень глупой, но всё равно приводила меня в возбуждение. Жон отличался от остальных парней, относился ко мне с уважением и видел во мне именно меня... А я уважала его. Это не было любовью — по крайней мере, не такой, как показывают в фильмах... но я решила ответить согласием, когда он попытается меня пригласить.
Вайсс закрыла глаза и судорожно вздохнула.
— Но он меня так и не пригласил... а потому я всё решила за него.
Янг промолчала, поскольку они обе отлично знали, чем всё в итоге закончилось.
— Что ты станешь делать теперь? — наконец спросила она.
— А что я могу? Жон был... деликатен. Гораздо деликатнее, чем я от него ожидала. И еще он сказал, что ничего плохого не произойдет.
— Потому что ты ему не безразлична.
— Знаю, — вздохнула Вайсс.
Просто она была ему не безразлична совсем не в том смысле, в котором ей бы хотелось.
— Честно говоря, Янг, лучше бы всего этого никогда не происходило. Жон не принимал бы на себя тот удар, а я бы не видела в нем потенциального ухажера и не чувствовала себя сейчас настолько отвратительно. Мы бы остались партнерами, а затем продолжили ругаться и веселиться, не испытывая никакой неловкости. А теперь... теперь будет всё то же самое, только отстойнее.
Возможно, Шни и не должны были произносить такие слова, но данный конкретный образец лексикона Руби очень точно описывал эту ситуацию.
— Полный отстой.
С другой стороны, всё могло сложиться и гораздо хуже. Да, Вайсс было очень больно, но зато она могла принять его отказ и начать путь к исцелению. В конце концов, не такой уж и серьезной оказалась ее проблема... В мире всё время кто-то кому-то отказывал. Конец света из-за этого вовсе не наступил, так что и она как-нибудь справится.
Хотя сердце Вайсс явно считало иначе.
— С тобой точно всё будет в порядке? — спросила Янг.
Она должна была справиться.
Вайсс проследила за тем, как Жон в своей привлекавшей немало взглядов форме Атласа направился к ним. Впрочем, он ни на кого не оглядывался и ни с кем не заигрывал, как бывало когда-то.
Насколько Вайсс помнила, Жон вообще не проявлял интереса к подобным приключениям с... да, как минимум с начала каникул.
Неужели она показалась ему очередной вешающейся на него девицей?
Не мог же он просто так бросить спать со всеми подряд, верно? Для этого имелись какие-то причины.
Вайсс машинально притронулась пальцем к губам.
Это... это оказалось совершенно неожиданно. Вот как она должна была обо всем позабыть, если Жон брал и делал нечто подобное?
Тот как раз остановился рядом с ними, пошутил что-то насчет Янг, а затем повернулся к Вайсс.
— Я знаю, что уже немного поздно, — произнес он, — но не соблаговолишь ли ты вновь потанцевать со мной?
