Девушка прислушалась. Вроде тихо. Но тут послышались шаги. Это уже не мерещилось: кто-то медленно поднимался по лестнице.
Шаги слышались все ближе. Из-за закрытой двери блеснул свет, кто-то подсвечивал фонариком. Саша огляделась, но кроме бутылки с водой ничего подходящего не заметила. Тогда она покрепче завинтила пробку, взяла бутылку в руку, замахнулась и резко распахнула дверь. В лицо ударил свет мощного фонарика, и Саша отступила на шаг. Раздался очень знакомый голос:
– Второго сотрясения мне и не хватало! Идешь ее спасать, а она бутылками машет! Ладно хоть не стеклянной!
В комнату вошел буль… Всеволод собственной персоной, из-за его спины выглядывала Моника.
– Вы что здесь делаете? – Ахнула Саша.
– Ирина позвонила, рассказала про твои геройства. Мы же не могли оставить тебя одну! Тем более это я во всем виновата, с меня же все и началось! – Моника сняла со стола целлофан, водрузила на него подсвечник, зажгла свечи. Затем появились пластиковые стаканчики, термос, какие-то свертки с едой.
В комнате сразу стало светло и тепло и старый дом словно ожил, перестал шелестеть и вздыхать.
Грузная фигура громогласного ворчащего Всеволода, хлопочущая у стола Моника… Саша чуть не расплакалась от нахлынувшего счастья.
– Но зачем подкрадываться? Можно же было позвонить! Или покричать с улицы.
– Он сказал, что если закричим, то в соседних домах всех перепугаем, полицию вызовут, а в доме боялись тебя напугать.
– Да уж, любит твой бойфренд напугать до смерти. На темной улице чуть до инфаркта не довел, решил тут догнаться!
– Я ж не подумал…
– И Моника не подумала, да? – Саша догадалась, что рядом с решительным Всеволодом Моника впервые в жизни расслабилась и поплыла по течению, спрятавшись за каменной стеной его широких плеч.
Всеволод убрал целлофан с мебели, подтащил к дивану два кресла, подвинул стол, Моника испуганно кудахтала, что он надорвется. Саша без смеха и умиления не могла смотреть на вновь образованную парочку. Вот что надо прекрасной Монике, не лощеный красавец в шикарных костюмах, а надежный мужик, хоть и доктор наук, а миллионер, или кто он там- ну, с обычным у нее бы и не вышло, наверное, все же не тот уровень.
Чай из термоса уже разлит по стаканам, нарезки колбас, сыра, помидоры, огурцы разложены по пластиковым тарелочкам. Всеволод хитро прищурился:
– Ну, что, собутыльница, доставать? – и щелкнул себя пальцем под подбородком характерным жестом.
– Я вам сейчас достану! – Всполошилась Моника. – После сотрясения, еще и ночью в этом дурацком доме!
– Шучу! – погрустнел Всеволод. – Ну, рассказывай, сыщица, что надумала. Одна голова хорошо, а три лучше. А то опять надумаешь что-нибудь не то.
Саша покраснела, свежи воспоминания, как устраивала она ловушку на маньяка Бульдога. И все же сказала:
– Меня зовут Александра. Не собутыльница и не сыщица. А надумала… Ирина рассказала, зачем я здесь ночую?
– Рассказала. Ты думаешь, на тех фотографиях мы увидим что-то полезное?
– А других вариантов нет. Мы хотя бы увидим, кто жил в этом доме. Странно, что нет никаких сведений, разве так бывает?
– В том-то и дело, что бывает. Ты слышала про домовые книги?
– Конечно.
– Так вот их отменили только в 2018 году. До этого все сведения содержались только в домовой книге частного домовладения. Страницы были пронумерованы, стояли печати соответствующих органов, но сведения были лишь там.
– А где она сейчас?
– А никто не знает. Жившая здесь женщина в 2018 году уже пребывала в глубоком маразме, и никто не обращался за регистрацией.
– А договор купли-продажи? Кто-то же купил этот дом!
– 30 лет назад никто и не регистрировал, а мы частным имуществом не занимались.
– А налоговая?
– Когда мы после смерти старухи стали поднимать документы, оказалось, что и налоги никто не платил.
– Как же упустили?
– А совсем не упустили, это никому не надо было, старуха по возрасту никаких налогов бы не платила, и тратить время на бесполезную работу никто не стал.
Моника подлила еще горячего чаю из термоса.
– Я тут городских легенд наслушалась, про Негодного.
Всеволод расхохотался так, что дом подпрыгнул:
– Про кого? Уморите вы меня, девчонки. Кто куда не годен?
Саша рассказала все, что узнала, а Моника покивала: – Да-да, я еще маленькая была, а помню эти истории. И сейчас рассказывают, что видят темную фигуру у дома.
– И свет в окнах движется! Ууууу… – загробным голосом завыла Саша. В такой компании истории о призраке казались смешными и нелепыми.
– Бродит, говорите? – Перестал смеяться Всеволод.
– Бродит.
– Ищет, значит, что-то.
– И что может искать призрак? Он бестелесный!
– Негодный не призрак! – Моника закрыла рот руками, сама испугавшись громкого вскрика. Смех смехом, а нечего дразнить неведомое.
– Ты же сыщица. Ну, ладно, понял, понял. Александра. Но и сыщица тоже!
– И что?
– А то! Если темная фигура появляется у дома, а потом виден свет в окнах, это совсем не призрак и не этот ваш… Негодный. Вот удумают же! Он что-то ищет, тот человек, который приходит сюда в дом.
Саша вздрогнула.
