В общем, вы поняли. Планов у девицы громадьё, да и с таким самофинансированием конкурировать тяжело. Собственное платье теперь казалось мне дешёвой безвкусной тряпкой.
Я скрипела зубами от зависти, тяжело вздыхала и грустно листала ленту в своём мобильном, чувствуя, что от радостного в предвкушении голоска Леночки меня тошнит день ото дня всё сильнее. Всё чётче я осознавала, что ничего не получится. Мне следует выкинуть Юру из головы. И, пожалуй, да, попить что-нибудь седативное. Чай с мятой и ромашкой, к примеру. Или лучше хряпнуть с Маринкой литр коньяку.
Но помощь пришла откуда не ждали…
День перед корпоративом у тех девиц, что шли под увольнение, был последний. В конце дня, подбадривая друг дружку косыми взглядами, они подошли к Леночке, с приторно-сладкими улыбочками произнесли пафосную речь о том, как им было приятно с ней работать и что они искренне надеются остаться с нею подругами и в дальнейшем. Вручили большую коробку с безумно красивыми панкейками ручной работы.
Их лица и голоса были настолько пропитаны фальшью, что на месте Леночки я поостереглась бы принимать из их рук подарки. А тем более не рискнула бы их есть: мало ли, вдруг отравлено? Каждая из гадюк плюнет по разу и всё, считай покойник. Или хотя бы, для начала дать попробовать тому, кого не жалко. Славику, например. Понаблюдать за реакцией, и всё равно бы тащить это в рот: воспоминание о «пенке» в сахаре до сих пор живо всплывало перед глазами.
Но Леночка оказалась девушкой настолько самоуверенной в собственной неприкосновенности, будто у неё тотем бессмертия под одеждой припрятан. Она не только приняла пирожные, но и, по-видимому, от души натрескалась их. Потому как на следующий столь долгожданный ею день, не вышла на работу. Одна из её новых ближайших прихлебал трагичным голосом сообщила с утра, что «Леночка заболела».
«Ясно, история стара, как мир – наша прЫнцесса с «трона» не слезает, - не без удовлетворения хмыкнула я. – Эти паршивки всё-таки умудрились громко хлопнуть дверью напоследок: от души обкололи кексики слабительным».
Но в целом, так это или нет, было неизвестно. Однако диверсия девиц волшебным образом очень вовремя сыграла мне на руку. Теперь, когда основная преграда в виде Лены была устранена, мои планы вполне имели место осуществиться. Настроение моментально подпрыгнуло до отметки «сто плюс».
В офисе весь коллектив находился в возбуждённом от предвкушения настроении, и ни о какой работе и речи быть не могло. Поэтому руководство приняло мудрое решение и сделало день коротким: ведь девушкам нужно было ещё привести себя в порядок, чтобы радовать глаз большому начальству. Следующий день как раз выпадал на выходной, что тоже не печалило. Не рассчитаешь, переберёшь с алкоголем, так хоть отлежаться можно.
Всеобщее настроение захватило и меня. Плюс я ощущала лёгкую нервную дрожь от осознания того, ЧТО собираюсь сделать. Адреналин от собственной дерзости так и бурлил во мне, время пролетело незаметно.
С горящими от волнения глазами и гулко бухающим сердцем я прилетела домой, бросила «привет» ошалевшему Стёпке и заметалась по квартире, не зная за что хвататься первым делом. И с нервов совсем не обратила внимания на странное поведение сына…
Начать я решила с душа. Выйдя из него и подсушивая полотенцем волосы, заметила, что Стёпка как-то странно дёргается и постоянно бросает взгляды на настенные часы.
- Ты чего так рано? – нервно побарабанил он пальцами по кухонному столу и опять покосился на ходики.
- Сегодня день фирмы, отпустили пораньше. Вечером иду на корпоратив, я же говорила, - внутренне напряглась я.
- Да? – протянул он. – И во сколько тебе? – снова нервная дробь по столу.
- К вечеру, - уклончиво ответила я. – Но уже сейчас чувствую, что никуда не пойду, пока вы, сударь, не объясните, в чём дело.
- Да всё нормально, мам, - заметался глазами по кухне Стёпка. – Ничего не случилось и ничего не происходит, правда. Просто ко мне друг должен прийти, мы договаривались вместе уроки делать. Я ей помогаю с физикой, а она мне с русским…- и замер, вытаращив глазёнки, осознав, что проговорился.
Я вопросительно приподняла бровь: она?
- Даша просто друг, мам! – сразу же встал в оборону подросток. - Мы с ней не встречаемся, ясно? Она просто помогает мне с уроками, а я ей. Мы не парень с девушкой… то есть, в смысле, парень и девушка, конечно же… Но не в том смысле, в котором ты УЖЕ подумала! Поэтому, пожалуйста, не нужно делать ничего такого… ну, того, что мамы обычно делают… Ну, ты поняла! - и густо покраснел.
Даша, значитца. Друг, значитца. Уроки они вместе делают… ага.
