Ну, что сказать.... Глупости все это, дамские разговоры - глупости и вранье через слово. Я потягивалась у мужа на руках и улыбалась. В доме стало как-то прохладнее, свежее.
- Ванну?
- Пожалуй, - согласилась я. Марк лениво пошевелил пальцами, и в комнату забежала ванна. Вода заблагоухала, над ней поднимался пар. Хорошо, когда муж - маг, что уж там. В воду меня опустили бережно, как стеклянную. И вымыли, как маленькую. Я не протестовала - только сонно хлопала глазами - спать хотелось неимоверно. И толком не заметила, как уснула....
Утро ворвалось в сон щебетом птиц, запахами фруктов, цветов, жужжанием пчел. Кто вытащил меня в лес? Никто, муж решил разбудить меня приятными звуками. Я прижмурилась, потягиваясь, и повернулась на бок, рассматривая мужа.
- Доброе утро?
- Доброе, - согласился Марк. - Завтрак.
- Пожалуй, - я продолжала улыбаться.
- Ты улыбаешься.
- Да, - не стала я спорить с очевидным.
- Тебе хорошо?
- Мне замечательно.
- Я рад, - сказал муж серьезно и погладил меня по щеке. Я потерлась об его ладонь и прикрыла глаза. - Вставай, соня. Уже обед.
- Так поздно, - удивилась я и с подозрением глянула на супруга.
- Обряд, - пояснил он. - Я решил его провести пока ты спишь.
- Все прошло успешно? - сон мигом с меня слетел.
- Более, чем.
- Как Хом?
- Помолодел раза в два, заливается соловьем и ждет, что ты начнешь руководить перепланировкой и ремонтом.
- Нужен ремонт? - Я одевала домашнее плате, вернее, заматываясь в домашние одежды.
- Нужен.
- Я не хочу перепланировку. А ты?
- Я тоже не очень хочу.
- Только лабораторию мне отрастить, - мечтательно протянула я. - Скоро все мои зелья прибудут, вот где начнется веселье.
- Да, - с легкой грустью сказал Марк. Я резко обернулась.
- Что такое?
- Ничего.
- А все же?
- Некоторые зелья могут быть вредными для ребенка....
Расческа выпала у меня из рук.
- Уже? - выдавила я, машинально накрывая ладонями живот.
- Ты не рада? - спокойно спросил Марк, отворачиваясь.
- Я рада. Просто не ожидала. Тогда про зелья пока забудем, займусь научной работой. - Я подняла расческу.
- Ты не рада. - Марк спокойно смотрел на меня тяжелым взглядом. Я жалобно на него глянула.
- Я не знаю, что теперь с этим делать.
- От тебя требуется только бережно относиться к своему здоровью. Остальное сделаю я.
- Как всегда, - я положила голову ему на плечо, руку себе на голову. Тяжелая ладонь прошлась по волосам. Пальцы, чуть дрогнув, взяли меня за подбородок. Я с беспокойством заглянула в серые глаза. - Мне просто страшно, Марк. Чуть-чуть.
- Все будет хорошо. Я же с тобой.
- Это главное, - согласилась я.
- Тебе надо поесть.
- Обязательно.
Началось всеобщее сумасшествие. Каким-то образом, всем стало известно о моем интересном положении, и теперь все старались радовать меня - начиная от домоправительницы и заканчивая мальчишкой-конюхом. Я от такой заботы потихоньку зверела. К тому же, обычные недомогания беременных не заставили себя ждать, и я маялось то тошнотой, то изжогой, то головокружениями. Марк мрачнел с каждым днем все больше и больше, отнекиваясь от моих вопросов. Спокойствия мне это не добавляло, само собой.
Живот рос, ребенок пинался от души. На ягодицах - живого места нет. Растяжки, ярко бордовые. Не болят, и то радость. Последние два месяца пришлось лежать, не вставая. Ребенка потерять я не хотела. В доме прочно поселились три лучшие повитухи, и лица их тоже были не радостные. Я только вздыхала.
****
- Ой!
- Что такое, Каэта? - Марк подскочил на кровати и зажег светляк.
- Кажется, воды отошли, - жалобно пробормотала я.
Суета, суматоха, беготня. Горячая вода, чистые полотнища, уверенные голоса повитух. И боль, боль, боль, боль. Непрекращающаяся. Изматывающая. Отнимающая разум. Наверное, я бы кричала, если бы от этого было легче. Но от крика было только хуже. Тошнее, что ли....
- Девочка должна справиться, - неуверенный голос одной из повитух. Я с трудом приоткрыла воспаленные веки. Перед взглядом все плыло, размывалось.
- Пить, - шепотом попросила я. Губы тут же обтерла мокрая тряпочка. Я кое-как облизнулась.
- Леди Каэта. Вам нужно выбрать - или вы погибнете, или дети, - передо мной присела вторая повитуха - самая опытная и старшая. Я моргнула, давая понять, что услышала.
- Дети? - просипела я.
- Их двое.
- Дети должны жить, - вытолкнула я свое мнение, и потеряла сознание. Дальше - туман, боль, всполохи огня, какие-то тени.
-Пить, - попросила я жалобно. Во рту была просто пустыня.
- Очнулась! - А сколько удивления в голосе.... Влага, стекающая в рот восхитительна. Губы потрескались - больно.
- Каэта! - Марк совсем близко, прижался лбом к моему лбу.
- Я тут.
- Девочка моя, только не спи, - попросил он.
- Говори со мной. - Как-то понемногу, силы возвращались. По крайне мере, говорить я могла.
- Дети, двое, оба мальчики. Сорванцы чуть тебя не убили, - Марк растирал мои пальцы, целуя каждый. - Оба здоровы.
- Молоко?
- У тебя пока нет молока, мы нашли кормилицу.
- Спать хочу.
