Господи, впервые в жизни я сделал женщине предложение потому что хотел прожить с ней жизнь! А в ответ получил раздумья длиной в несколько недель!
Нет, сейчас эту тему поднимать явно не стоило. Самое главное в данный момент - это наши дети. Которые могли оказаться вовсе и не нашими. То есть не моими.
И это было бы по-настоящему жестоко. Потому что я знал, что Лелик и Агата сейчас вовсю готовились к свадьбе. И как для них, так и для меня, оказалось бы крайне неприятным ударом то, что дети эти не мои.
Еще одна тема, о которой я предпочитал не думать. Да и что толку? Ничего уже не исправить. Так что решать, как поступить, придется исходя из того, что покажет тест на отцовство.
- Папаша! - Светлана Ивановна тронула меня за рукав. - Мы приехали.
Слава тебе, Господи! Расплатившись с таксистом, я выскочил из машины и на этот раз вперед Светланы Ивановны ворвался в клинику.
Медсестра, проводившая нас в палату к Маше, была поразительно спокойна. Будто тут не творились роды в эту самую секунду!
Когда мы вошли к Маше, Светлана Ивановна взглянула на Пчелкину опытным глазом и постановила:
- Роды, я смотрю, идут полным ходом.
Ничего не понимая, я смотрел на то, как Маша виновато потупилась. А потом сказала:
- Это были снова тренировочные схватки. Но я действительно думала, что рожаю!
Вздохнув, врач ответила:
- Ясно. Что ж, спасибо за недельку отпуска, Пчелкина.
После чего, кинув на меня взгляд искоса, добавила:
- Ну я вас оставлю.
Дождавшись, когда она выйдет, я подошел к Маше ближе и присел на стул. Хотелось обнять ее, прижать к себе, захватить пухлые губы поцелуем. Как мне не хватало, оказывается, банальной возможности быть с ней рядом! И как трудно было сейчас переступить эту пропасть между нами, рожденную долгой разлукой. И непониманием, что будет дальше.
- Значит, это были тренировочные схватки, - наконец сказал я, чтобы сказать уже хоть что-нибудь.
- Угу. Извини, что отвлекла тебя от дел и заставила прилететь…
Я посмотрел на нее удивленно. Неужели она правда думала, что для меня есть что-то более важное, чем она и дети?
- Я рад, что ты меня отвлекла, - признался я, откидывая желание спрятаться за маску безразличия. - Потому что я скучал… дико.
В ее глазах в ответ отразилось столько всего, что я вдруг понял - она испытывала то же самое. Так имело ли значение что-то еще, кроме того, что мы отчаянно нужны друг другу?
- Я тоже скучала, - ответила Пчелкина, вызывая у меня улыбку. А потом вдруг нервно сглотнула и добавила:
- Давид…
- М?
- Я хотела сказать… насчет твоего предложения…
Я с трудом подавил инстинктивное желание ощетиниться и отгородиться. Зачем она сейчас вспоминала этот самый унизительный момент в моей жизни?
- А что с ним? - спросил, тем не менее, спокойно.
- Ты еще хочешь… на мне жениться?
- А ты надумала выйти за меня замуж? - приподнял я брови.
- А если да?
Я хмыкнул.
- Не то, чтобы я против, но с чего вдруг?
- С того, что я всегда этого хотела.
Я оторопел. Господи, поди пойми этих женщин! Хотела, но решила подумать несколько недель - как это, бл*, понимать вообще?
- Так почему не согласилась? - задал я резонный вопрос.
- Потому что не знала, почему этого хочешь ты.
Я растерянно моргнул. Как это - почему?
- Потому что хочу быть с тобой, - ответил я. - Потому что… - запнувшись на мгновение, все же продолжил:
- Потому что… люблю тебя. Так люблю, что именно с тобой хочу прожить жизнь и встретить старость. Вместе растить детей и нянчить внуков. А когда совсем состаримся - гулять под ручку, поддерживая друг друга. А еще - вместе искать очки, которые будут у нас на носу.
В глазах Маши встали слезы. Я мгновенно встревожился:
- В чем дело? Тебе нельзя волноваться!
- Это от счастьяяяяя, - шмыгнула она носом. - Почему ты не сказал мне всего этого раньше?
И правда, почему? Ведь мы были так близки! Так близки, что кому, как не этой женщине, я мог раскрыть душу? Но не сделал этого.
- Я не знаю, - пожал я плечами.
- А я ждала именно этих слов тогда…
- И поэтому мне отказала?
- Я не отказывала!
- А похоже было на то. Маша… - я взял ее за руку и прижал прохладные пальцы к своим губам. - Я впервые делал женщине предложение потому, что действительно хотел назвать ее своей. Хотел обладать - целиком и полностью. И я страшно волновался. Мне казалось, что теперь, когда у тебя есть пивоварня, я могу стать тебе не нужен…
- Чтоооо?! - воскликнула Пчелкина возмущенно. - А я думала, что ты хочешь жениться на моей пивоварне!
Настала моя очередь возмущаться. Впору было бы даже оскорбиться, но в этот момент совсем не хотелось заморачиваться на обидах.
- Зачем мне твоя пивоварня? Я же достаточно богатый человек!
- Ну ты же хотел жениться на заводе Агаты, - возразила Маша.
На это мне сказать было нечего. Действительно, хотел. Но это было настолько давно, что сейчас казалось чем-то нереальным и будто не со мной случившимся.
- Это было до тебя, - просто сказал я. - А ты во мне многое изменила.
- Правда?
- Угу.
И тут Маша потянулась ко мне сама. Снова всхлипнув, обняла за шею. И я наконец услышал слова, которые в одно мгновение сделали меня самым счастливым человеком на свете:
