- Родственники. Матери, которые решили переехать. А если глубже копнуть, то мой отец, который не дожил. Твой брат или сестра, которого твоя мать не родила, твой отец, который в семью Вики подался…
- Как ты это понял?
Корней пожал плечами, и в этот момент зазвонил мой телефон. Макс отошел от обиды и видимо решил вернуть мне сумку.
- Макс, я сумку в машине забыла… - проговорила я в трубку.
- Понятно, а сама где? – Макс действительно был уже спокоен.
- Гуляю. В центре.
- Где тебя забрать?
- Ты домой едь. Я к тебе приеду попозже.
- Ладно.
Я нажала отбой и посмотрела на Корнея. Он улыбнулся и спросил: «Пойдешь?».
- Нет, еще посижу.
Мы долго сидели молча. Слушали ветер и свои души. Казалось, что они разговаривали. Во всяком случае, мне так казалось. К городу подкрались сумерки, все вокруг наполнилось призрачными тенями. Они вставали за нашими спинами, как стражи, укрывали от ветра, соединяли наши руки. Эти тени знали гораздо больше того, что знали, или о чем догадывались мы, они хотели передать нам свое знание, но мы были слишком поглощены собой, чтобы слушать кого-то еще. Потом ветер стих и пошел мелкий дождик. Корней взял меня за руку и повел меня к Максу. Рука у него была теплая и мягкая, как у ребенка. Я подумала, что было бы хорошо всегда ходить вот так, за руку, чтобы никто и ничто не могло помешать быть рядом. Но Макс жил недалеко от центра. Поэтому вечер скоро кончился.
девять.
Я сидела у Макса на кухне и пила кофе. Кажется уже третью кружку. Не то чтобы мне очень хотелось пить, или я любила как-то особенно кофе, просто нужно было дать рукам какое-то занятие. Макс с пониманием относился к моему ужину. Он молча курил у окна, изредка поглядывая на меня. Мне было его жалко. Во всяком случае, я бы не хотела сейчас быть в его ситуации.
- Макс, а ты меня любишь? – зачем-то спросила я.
- А ты не знаешь?
Я пожала плечами, но он этого не видел. Он вообще обладает счастливой особенностью не замечать, не слышать, забывать все, что ему знать не полагается.
- И зачем тебе это… - как-то равнодушно добавил он.
- Что? – нервно спросила я.
- Все… я…
Я со стуком поставила кружку на стол.
- Макс, неужели трудно ответить! Если спрашиваю, значит, зачем-то мне это нужно!
- Зачем-то? – Макс усмехнулся и, наконец, повернулся ко мне, - и зачем же?
Все. Началась старая история. Теперь мы поругаемся. Неделю не будем разговаривать.… А потом…
- А что потом? – вслух спросила я.
- Ничего, Ксень,… Похоже, что ничего потом нет, – как будто понял мой вопрос Макс.
На самом деле это он только думал, что понял. Я спрашивала не про нас с ним.… Но его ответ меня задел.
- Ну так давай наконец все это закончим… Тягомотина какая-то… Ничего же не получается, – замямлила я.
- А знаешь, почему не получается?
Я опустила глаза.
- Не потому что я не тот, и со мной у тебя не выходит. У тебя вообще ни с кем ничего не получится. Ты потому что чужая всем. Как лунатик.
Я слегка обалдела от такого наезда на мою персону. И ждала объяснений. Но он снова отвернулся к окну и замолчал.
- Может быть, просто это я не в то время не в том месте нахожусь? Может быть, жизнь развела меня с тем, кто был бы дорог, близок, нужен? – сказала я даже не Максу, а себе.
- Ксень, тебе не приходило в голову, - помолчав, проговорил Макс, - что жизнь нас лишает не того, что нам очень нужно? Может быть, нам только кажется, что мы бы без этого жить не смогли, а на самом деле – нам от этого беда одна была? Тебе кажется, что ты без этого человека прожить не можешь, полжизни за минуту рядом с ним отдала бы… Но ты же на самом деле не знаешь, может быть он принес бы тебе еще худшие несчастья…
Мне на самом деле не приходило это в голову.
- Знаешь, я предпочитаю сделать и жалеть, чем не сделать и всю жизнь потом думать, что бы было, если бы сделала… - жестко произнесла я.
Макс все стоял спиной ко мне. Но я видела его лицо – оно отражалось в темном окне. Мне стало его жалко до боли.
- Прости меня, - я подошла к нему.
Макс повернулся ко мне и поцеловал в лоб. Это означало, что все будет по-прежнему.
десять.
Нина осуществила свою угрозу и собрала сестер у меня дома следующим вечером. Мы сидели на балконе, пили вино и болтали ни о чем. Но разговор ни о чем как-то незаметно для всех, кроме меня перетек к теме мужа Вики.
- Вы с ним ладите? – спросила Нина.
Вика вздохнула, но ничего не ответила.
- Почему? – спросила я, истолковав ее вздох, как отрицательный ответ.
- Он странный. В отца, наверное. Его мать так говорит. Правда, она и сама какая-то…
- Какая? – спросила Нина, почему-то глядя на меня.
- Не знаю. Железная. Она его отца держала ведь долго. Любила сильно. Корней говорит, что она его до сих пор любит. А по ней не скажешь, что она скорбит, или что-то вроде того. Всегда такая радостная, как будто счастливая… только непонятно, кого ей обманывать…
- Погоди, - перебила я, - а что значит – держала отца? Он уйти хотел?
- Хотел, - уныло подтвердила Вика. – Повеситься он хотел.
Мы с Ниной переглянулись и почти одновременно спросили: «Почему?».
- Чудной он был. Кто теперь знает, что там у них было.
