Заставляю щит исчезнуть, а частицы магии создают мне подходящую для визита к сестре одежду. Какой в ней вообще смысл? Аулэ, которая теперь постоянно разгуливала в длиннополых платьях и странных, высоких головных уборах, слишком много времени проводит со своими людишками, и перенимает от них бесполезные привычки!
А ведь с тех пор, как мы их создали, не прошло и двух тысяч лет…
Через галерею, устланную белоснежными камнями, мелодично отзывающимися на шаги, я прохожу в башню и на одном из лифтов спускаюсь к её основанию. Вокруг снуют человеческие жрецы, как они себя называют — те, кто поклоняется Вечным. В частности, эти обожают мою сестру, и записывают каждое её движение. Руководствуются каждой её фразой…
Делаю разражённый жест в ответ на благоговейные приветствия людишек. Они почитают и меня, но эти создания кажутся мне нелепыми, простыми и невероятно глупыми.
Настороженные взгляды провожают меня, пока я не прихожу в большой зал, в котором Аудэ, возвышающаяся над своими почитателями почти в два раза, выслушивает их блеяние…
— Ты уже вернулся, брат? — удивляется она, увидев моё приближение и отпуская людей.
Они покидают зал и затворяют за собой массивные двери.
— Дело было несложным, как я и предполагал. Из-за гравитации спутников нельзя полностью исключить приливы и отливы — если только создавать магический контур вдоль каждого берега Эйдеры. Но этой работой, как ты понимаешь, я заниматься не намерен.
— Понимаю, — кивает Аулэ. — В последнее время ты всё время занят какими-то своими… Проектами. Стал раздражительным, нелюдимым… Быть может, тебя что-то тревожит?
Я ощущаю в чувствах сестры искреннее беспокойство и доброту, и на краткий миг раздражение отступает. Но я лишь слегка качаю головой, и тут же снова чувствую недовольство. Перенял у людишек дурацкий жест!
Аулэ, как и Эльдара с Коаной я люблю — но они не понимают меня. Не понимают, что из людей мы выжали максимум того, что было возможно, когда Аулэ передала им частицу нашей Силы. Хоть Отец и утверждал, что это невозможно — но факт того, что нам удалось привить этому виду не только разум, но и магию, порадовал Его.
А вот я не ощущал ничего подобного.
Хоть с магией, хоть без — люди были тупиковой ветвью, неспособной развиваться дальше. Даже с крохами Сил Аулэ они не могли существовать в космосе, не могли обходиться без еды, да и вообще — фундаментально изменять их строение не получалось — по-крайней мере, под этот мир.
Когда мы закончили с этими существами и я предложил создать что-то совершенно новое — брат и сёстры меня поддержали. Однако почти сразу они увлеклись улучшением людей, забыв о моей первоначальной идее. А уж после того, как отец велел сосредоточиться на них ещё глубже, я и вовсе потерял надежду, что мой новый проект кто-то поддержит.
Однако же я его не оставил, о нет!
В самых дальних уголках планеты у меня имелись скрытые тайники, в которых я вёл работу над созданием совершенно новой формы жизни.
Жизни, которая подчинялась не только животным инстинктам и простым желаниям — но которая являлась чем-то большим! Сплавом материального и эфемерного, слиянием силы и разума, прошлого и будущего! Жизни, которая могла бы помочь нам творить новые миры!
К сожалению, вот уже больше тысячи лет мои эксперименты не приносили желаемого результата… С материальной основой проектируемых мной созданий проблем не было, а вот с эфемерной…
Я хотел, чтобы созданная мной жизнь умела оперировать потоками астрала, черпать из него Силу и возвращать туда же её излишки, пользоваться этим могущественным измерением во благо, не боясь, как наш отец…
Но проблемы не решались. Сначала мои создания были реальными, умными, но очень слабыми. Однако после того, как Аулэ даровала людям магию и они начали её использовать, Завеса начал реагировать на это. Это стало подсказкой — и воспользовавшись моментом, я вытянул из астрального моря несколько капель, вложив их в свои творения.
Результат превзошёл все ожидания! Сила, соединённая эфемерная и реальная сути, подчинённое время — это имело место быть, но… На этот раз в созданиях не пробудился разум… Они очнулись злыми, агрессивными, настроенными пожрать всё, до чего дотянутся…
И если бы это было главной проблемой… Наделив их силой астрала, я сам отрезал себе путь назад, и не смог их уничтожить. Точнее, я попытался это сделать — но через несколько сотен лет разбитые до атомов сущности собрались в нечто иное, да ещё и в разных местах Эйдеры… И мне снова пришлось решать эту проблему.
На этот раз я поступил иначе — усыпил свои творения. Но я понимал, что это решение было временным. Так что мне нужно было научиться уничтожать «бракованные» экземпляры, а сделать это можно было лишь узнав больше о природе астрала, который я по своему недосмотру использовал.
Но это было второстепенной задачей — творения погрузились в спячку на тысячи и тысячи лет, и разбудить их могли лишь сильные эманации астрала. Так что отложив первый неудачный эксперимент в сторону, я не отказался от идеи создать новую жизнь, но теперь сосредоточился на освоении астрала.
