Ночи последнее время были довольно прохладные. Мое попаданство пришлось на восьмой месяц здешнего лета. Напомню, что в этом мире почти на всем материке лето было длинным, около восьми-девяти месяцев в году, затем наступал сезон дождей, длившийся примерно две-три недели и наступали заморозки. Как мне когда-то рассказывала Томоки, зима была короткой, не слишком холодной и достаточно мягкой. Их материк располагался наиболее близко к экватору. Материк Скайлидов находился еще южнее, а материк Эльвов и хумансов, соответственно — севернее. Поэтому, континент Некотян постоянно подвергался захватническим набегам со стороны людей. — «Им всегда было всего мало!» — как высказалась тогда разведчица. Понимаю. Если вспомнить историю родного мира, то средневековье было отмечено волной захватнических «победоносных войн во имя Господа», безжалостной инквизицией и прочими «веселыми» событиями. Если люди на том материке сейчас на похожей стадии развития, им очень нужны новые территории и ресурсы «во имя Господа!» Интересно, как они уживаются с эльфами и гномами? Есть ли там другие расы? Нельзя забывать и про диких оборотней, с которыми столкнулась Луна, и чьи трупы я лицезрел. Размышляя над этим, я и не заметил, как девушки вокруг подкатились ближе, пытаясь найти источник тепла. Только когда меня практически со всех сторон зажали горячие женские тела, согревая собой, я понял, что теряю контроль над ситуацией. Но, учитывая весьма насыщенный день, я махнул на все рукой, и расслабился, позволяя Морфею увлечь меня в мир сновидений. Но спать мне суждено было не долго…
Проснулся я от прохладного сквознячка, ласкающего мое обнаженное тело. — «Когда я успел раздеться?» — сквозь сон подумал я. Открыв глаза, я совсем ничего не увидел, так как вокруг была кромешная тьма. Костер мы так и не развели, опасаясь пожара и задымления в башне. Зельда с Эняоном ранее принесли несколько прочных веток из лесу и огромные пальмовые листья, из которых мы соорудили некое подобие двери. Защита от нее была нулевая, но хотя бы не давала холодному ветру продувать насквозь башню. Всем телом я ощущал навалившихся девушек, согревающих меня и себя одновременно. А по моим голым коленям медленно заползало что-то мягкое и горячее. Откинув край пледа, я уже хотел в ужасе заорать и вскочить, как вдруг понял, кому принадлежат красные светящиеся глаза. Несколько секунд мы играли в гляделки с зайкой, пока я не открыл рот:
— Ката…
— Чш-ш-ш-ш! — зашипела она из-под одеяла. — Разбудишь остальных! Лежи тихо!
— Легко тебе говорить «лежи тихо», — прошептал я, пытаясь высвободить руки, придавленные другими девушками, — а на страже кто?
— Фесфы фитфы, — пробормотала крольчиха, занятая каким-то странным делом.
— Что-что? — переспросил я шепотом, пытаясь разобрать ее слова, но тут мне резко стало не до остальных. Хитропопая зайка вошла в прямой ручной контакт с орудием сельскохозяйственного производства и осваивала непосредственное управление, помогая себе речевым аппаратом. Мне пришлось крайне тяжело. Нет, получалось у нее крайне здорово, ведь нельзя забывать про ее опыт, полученный на различных агрегатах других марок, но мне, как ее непосредственному работодателю было крайне непросто сдерживать одобрение, видя и ощущая ее деловую хватку. Тем более, вокруг нас крайне близко лежали остальные и для нас обоих было бы крайне нежелательно их будить.
Вскоре, как и ожидалось, мой комплекс был полностью разогрет и готов был вот-вот взорваться от переполняющего его давления. Умная зайка за секунду до сброса заглотнула выводящий шланг, избегая разбрызгивания ценной жидкости.
— М-м-м, как вкусно! Как потрясающе вкусно! — прошипела она, вытирая рот. — Рич-ч-ч, что ты с собой сотворил, если твое семя вдруг стало таким потрясающим на вкус? Я как будто испила медового нектара!
— Если бы я только знал, — пробормотал я, со страхом оглядываясь на храпящих вокруг девушек. Что было, если бы они проснулись в самый неподходящий момент?…
— Эй-эй-эй-эй-эй-эй! Ты что это задумала? — с ужасом зашептал я, глядя, как зайка одним махом скидывает плед и запрыгивает на меня, попутно снимая костюм.
— А на что это, по-твоему, похоже, Рич? — слегка наклонившись, насмешливо ответила Катарина. — Я насилую своего лорда, который, похоже, совсем забыл, что его окружают голодные, жаждущие ласки, девушки! Раз он сам не удовлетворяет их, приходится все делать самой! К тому же, похоже, твой младший совсем не возражает? — добавила она, шаловливо лаская пальцами вновь восставшего солдата.
— Ты что?! — запищал я, распластанный, как угорь на разделочной доске. — А если кто-нибудь проснется?!
— Ну, — зайка сделала вид, будто задумалась, — будет одно из двух. Или они присоединятся к нам, и это будет славная оргия до самого утра. Или они сделают вид, что ничего не видят и не слышат, и попробуют заснуть снова. Или попытаются сделать вид, что спят! — фыркнула она, смотря почему — то в дальний угол, где мирно посапывала Эффа.
