Водная гладь была спокойна. Лето, такое теплое и солнечное, подходило к своему завершению. Над берегом сновали всевозможные жучки, наполняя воздух шумом и треском. Нежка в нарядном сарафане, какой надевают только по большим праздникам да на смотрины, с наслаждением взирала на мир, в котором она родилась и который чуть не потеряла. Тонкую девичью ладонь сжали пальцы Жироши. Нежка улыбнулась жениху.
– Ну где вы там? – прозвенел крик Янки. – Нежка, Жироша, сколько вас ждать? Бегите скорей!
Янка тоже нашла себе жениха, и они вместе хотели пойти по ягоды. Как только подруга увидела, во что разоделась Нежка, она всплеснула руками и назвала ее дурной.
– Такую красоту, да по ягоды! Заляпаешь, потом руки по локоть сотрешь, пока стирать будешь.
Но у Нежки было большое дело. Она согласилась собирать ягоду, настояв на том, чтобы они пошли именно сюда, хотя мест и рядом с деревней было предостаточно.
– Готова? – спросил Жироша.
– Да, – кивнула она.
Нежка рассыпала специальный порошок по ветру, приговаривая:
– Вертись-крутись, ко мне повернись. Иди не задом наперед, не пропусти нужный поворот. Людской дорогой ты придешь, у реки меня найдешь.
Резкий порыв холодного ветра нарушил спокойствие летнего дня. Перед Нежкой и Жирошей возникла мужская фигура. Рубаха на мертвеце была вывернута наизнанку и выпущена поверх штанов. Длинные волосы, покрытые грязью, стали одним сплошным колтуном. Лицо его сильнее раздулось и побледнело. Он все меньше походил на человека и все больше на нежить.
– Кто звал меня? – сиплым голосом спросил Дрозд.
– Я, Нежка.
Дрозд пытался направить свой взгляд на девичье лицо. Это давалось ему с трудом. Мертвяк словно раздумывал: напасть на людей или продолжить разговор? Услышав знакомое имя, он решил повременить с нападением.
– Нежка? Знакомо мне это имя. А вот почему – не разумею. Тут помню, тут не помню, – посетовал Дрозд.
– А имя свое помнишь?
– Не-е, не помню, – неуклюже махнул рукой покойник. – Я и тебя не помню.
– Я дала обещание, что узнаю, как тебя зовут, – растолковала Нежка. – Это плата за то, что ты показал мне вход во владения Водного владыки.
– Эко дело, – почесал затылок Дрозд. – Что-то такое припоминаю. Да, точно, ты еще лодку пошла искать!
– Вспомнил! – обрадовалась Нежка. – Я в Ином мире нашла твою бабушку, она-то мне и назвала имя твое. Пока человеком ходил в мире людей, тебя звали Дрозд. Но это не первое твое имя. То было имя для капища, где ты волхвовал. А твое настоящее имя – Соловей!
В тот же миг Соловей словно преобразился. Выпрямился, волосы и одежда вернулись в прежний пристойный вид, с глаз спала пелена.
– Точно! – обрадовался он уже звонким голосом. – Соловушкой меня бабушка звала. Вспомнил!
И через мгновение его фигура начала исчезать в воздухе. Соловей улыбался и счастливо махал Нежке и Жироше рукой.
– Спасибо! Теперь я не забуду своего имени! Большое спасибо!
– Куда он ушел? – полюбопытствовал Жироша, когда все закончилось.
– Не знаю, – пожала плечами Нежка. – Думаю, что в Ирий, куда уходят все души.
Закончив с мертвецом, Нежка и Жироша поспешили к Янке и ее жениху Ингельду. Он был наполовину варяг, наполовину тутошний и родился в соседней деревне.
– Больше всего ягод вон там, – указал Ингельд на дальнюю поляну. – Идемте туда.
Ингельд и Жироша поспорили, кто первый прибежит в указанное место, и оставили подружек наедине.
– Как там Милята? – поинтересовалась Янка.
– Все сидит у пепелища старой избы, в деревне не показывается, – вздохнула Нежка.
– Конечно, мы ж его похоронили, тризну справили. Как такое людям объяснить?
– Он хочет уехать туда, где его никто не знает. Может, во Псков, а может, и в Киев. Время покажет. До нашей с Жирошей свадьбы он точно останется, – рассуждала Нежка.
– А девка его бывшая, купеческая дочка? – продолжала любопытствовать Янка.
– Василиса? – переспросила Нежка. – Водяной простил ее и снял клятву, данную матери Соловья, того мертвяка, что я освободила у воды. Но на этом беды не закончились. Кощей заколдовал ее двойника, чтобы заманить новгородцев в ловушку. Она погибла, ее тело нашли. А настоящая Василиса сбежала из Новгорода. Попрощалась с матерью и подалась к варягам за море. Милята простил ее за злодеяния, но идти с ней отказался.
– Значит, все хорошо?
– Ну, Кощей куда-то пропал, – вздохнула Нежка. – Он может вернуться и попытаться учинить зло. Но Водяной обещал приглядывать за нами и уберечь от кощеевой мести. Он подарил черную кошку. Видимо, это как-то связано. Но на всякий случай у меня есть пара зелий наготове.
Внезапно Янка заключила в свои объятия подругу и поцеловала ее в щеку.
– Я так рада, что ты вернулась! Да еще и с женихом!
– Тебе лишь бы о женихах думать, – притворно фыркнула Нежка.
– Ты такая глупая, – засмеялась Янка.
Они взялись за руки и продолжили идти вместе. Над миром висело полуденное солнце, освещая им путь.
За широким дубовым столом сидели воеводы, епископ новгородский и сам князь Ярослав, срочно вернувшийся из Ракомо.
