Я едва слышу голос ведущего новостей, читающего номер телефона горячей линии, и украдкой смотрю на толпу перепуганных сотрудников журнала. Кто-то обязательно заметит сходство между мной и главной подозреваемой полиции, несмотря на наши совершенно разные стрижки и плохое качество изображения.
Мне нужно выбраться отсюда. Я не могу выйти через главные двери. Меня остановят копы, стоящие возле стойки регистрации.
Когда программа новостей переходит к другому сюжету, все возвращаются к своим столам. Я беру папку и иду в копировальную комнату в задней части офиса, где находится запасной выход на пожарную лестницу. Я включаю ксерокс и распечатываю пачку чистых страниц, чтобы заглушить звук того, как я открываю пожарную дверь и закрываю ее за собой.
Я мчусь вниз по лестнице, преодолевая по две ступеньки за раз, пока не оказываюсь в переулке позади здания, пытаясь решить, куда идти теперь, когда я знаю, что меня разыскивают за убийство.
Я вскакиваю, сбитая с толку. Вместо обычного вида на цветочный ящик на окне квартиры напротив я смотрю на потрескавшуюся стену, покрытую письменами.
Стук возобновляется – громче, чем раньше. На этот раз стучащий в дверь человек гремит дверной ручкой и зовет меня по имени.
Я вскакиваю с походного матраса. Он лежит на полу, что объясняет боли в пояснице, когда я, дезориентированная и растерянная, встаю на ноги. Все в этом месте незнакомо: матрас, запах плесени, распространяющийся по квартире. Газетные вырезки и параноидальные надписи на стенах то тут, то там.
Квартира сотрясается от очередного стука в дверь. На этот раз это больше похоже на шлепок раскрытой ладонью, чем на удар кулаком. Похоже, будто тот, кто находится за дверью, вот-вот сдастся.
– Лив. Пожалуйста. Впусти, – просит мужчина с британским акцентом.
На мне обтягивающая майка без рукавов и трусы-бикини. Я не знаю, где моя одежда, поэтому хватаю огромную толстовку, свисающую с ручки шкафа, и бросаюсь к входной двери.
– Кто ты и чего ты хочешь? – кричу я.
– Лив, – облегчение слышится в его голосе. – Я так беспокоился о тебе. Пожалуйста, впусти меня. Это Тед.
Я подхожу к глазку. Мужчина в джинсах и коричневой куртке-бомбере стоит с другой стороны и украдкой оглядывается через плечо.
– Я не знаю никого по имени Тед, – я хватаюсь за воротник толстовки.
– Нет, знаешь. Ты не помнишь меня, Лив, как не помнишь и квартиру, где проснулась. Ты много чего не помнишь. Слишком сложная ситуация, чтобы объяснять через дверь. Позволь мне войти, и я все расскажу.
Я уже собираюсь отпереть засов, когда вижу листок, приклеенный к дверному косяку. Там казано: «НЕ ОТКРЫВАЙ НИКОМУ ДВЕРЬ!!!» Ниже я подписала: «КРОМЕ ТЕДА».
Я снова смотрю в глазок. Он беспокойно потирает затылок. Что-то подсказывает мне, что я могу доверять этому мужчине с взлохмаченными каштановыми волосами и ямочками на красивых щеках.
Я поворачиваю щеколду и впускаю его в квартиру. Он входит и тут же запирает за собой дверь, глядя в глазок, чтобы убедиться, что за ним не следят.
– Лив, у меня не так много времени для объяснений, – говорит он. – Ты в опасности. Я снял квартиру, где ты можешь остаться, пока мы не придумаем, что делать. Возьми какую-нибудь одежду. Нам срочно нужно уходить.
Я едва слышу его, когда мой взгляд охватывает залитую тусклым горчичным светом квартиру, где я, по-видимому, ночевала. Из-под кожаной обивки старого потрескавшегося дивана вылезает наполнитель, а пребывающий в беспорядке журнальный столик завален пустыми чашками из-под кофе навынос. Повсюду разбросаны блистеры с лекарствами. Мне противно, что я провела ночь в таком грязном месте.
– Где я? И кто ты? – спрашиваю я.
Мужчина засовывает правую руку в карман куртки, будто доставая оружие. Я инстинктивно вздрагиваю, опасаясь, что он причинит мне боль. Он медленно вынимает руку и достает фото. Мы двое, обняв друг друга, смеемся в камеру. Я хвастаюсь сверкающим бриллиантовым кольцом на пальце.
– Это было снято в день, когда я сделал тебе предложение, Лив.
Я не могу вымолвить ни слова, завороженная выражением безмятежности на наших лицах.
– Почему я не помню тебя?
– Долгая история. Я все расскажу. Но сначала я должен вытащить тебя отсюда, Лив.
Он идет в спальню и снимает одежду с вешалок, бросая ее в спортивную сумку. Он кидает мне джинсы и кофту, и я быстро одеваюсь, пока он собирает вещи. Рядом с походным матрасом лежит телефон с треснутым экраном. Я засовываю его в задний карман джинсов и прикрываю длинным кардиганом с большими карманами.
Когда я, полностью одетая, выхожу из спальни в ботильонах на черных каблуках, он лихорадочно роется в беспорядке на журнальном столике в гостиной.
– Твой журнал, Лив. Где он?
– Какой журнал?
Я шокировано смотрю на стену гостиной.
– Что за…
