– Мы с моим братом и другом осмотрим местность на случай, если кто-то увязался за нами. Или вы хотите, чтобы вам выкололи глаза?
Кожмар тяжело сглотнул, а Фелка прошептала себе под нос:
– Псотники.
Рысь посмотрела на девушку.
– Фелка, – сказала она, – ты можешь пойти с нами… если хочешь.
Лукаш перевел удивленный взгляд с рыси на девушку. Было странно услышать приглашение от королевы. Оно прозвучало почти… застенчиво.
Фелка неловко сползла с седла. В руках она держала сверток, в котором, по-видимому, была сложена одежда королевы. Лукаш подавил внезапную вспышку ревности.
Он напомнил себе, что отправился в лес ради Францишека, а не ради того, чтобы получить расположение какой-то королевы зверей.
Лукаш помассировал пальцы своей обожженной руки. Если бы не та проклятая книжка, если бы не попытки Фрашко научить младшего брата хоть чему-нибудь – они все были бы мертвы.
– Странная парочка, – сказал Кожмар, наблюдая за тем, как трое животных и девушка исчезают за деревьями.
Лукаш покосился на майора.
– А мы с тобой – не странная парочка, Кож?
На безразличном лице промелькнула улыбка. Он достал из-за пазухи трубку, поджег табак и зажал мундштук между зубов, наконец позволив себе ухмыльнуться во весь рот.
– Кож, – пробормотал он. – Мне нравится. Кстати говоря, ты отлично справился с этими монстрами. Как ты узнал, что от них можно избавиться с помощью обряда крещения?
Лукаш достал из кармана сигарету и поджег ее. Запах драконьего дыма поднялся над поляной, лишний раз напоминая Волчьему Лорду о его прошлых потерях.
– Это было в книжке, – сказал он.
– Я думал, ты не умеешь читать, – нахмурился Кожмар.
Лукаш не ответил: он высматривал Рыбака. Якуб был дважды обязан ему жизнью. Пришло время расплачиваться за долги.
Королева не возвращалась в течение нескольких часов.
Пока зверей не было, а Кожмар увлекся очисткой своей идеальной формы от серебряной крови, Лукаш расседлал и вычесал Крула. Несмотря на то что его плечо зажило, он почувствовал острую боль, когда поднимал тяжелое седло, сделанное из драконьей кожи. Маленькие рога зазвенели, ударяясь друг о друга. Теперь это его единственная колыбельная.
Какого черта он делает?
У Лукаша кружилась голова, а к горлу подкатывала тошнота. Он просунул руку за ворот мундира и провел ладонью по исцеленному месту, сам не зная, что ожидает там найти. Открытую рану? Нет, его кожа была гладкой.
Рядом с ним скрипнули сапоги.
Он поднял голову и встретился с уставшим взглядом одного-единственного глаза. Кажется, Рыбак хотел о чем-то поговорить, но, посмотрев на Волчьего Лорда, нахмурился.
– Ты в порядке, парень?
Лукаш сглотнул внезапный рвотный позыв и изнуренно облокотился на бок своего коня.
– О чем ты думал? – спросил он. – Зачем ты пошел за нами? Нас всех могли убить.
– Мавки все равно пришли бы за вами, со мной или без меня, – ответил Рыбак. – Это души некрещеных…
– Я знаю, знаю, – прервал его Лукаш и процитировал почти дословно: – «Эти существа особенно жестоки. Они заманивают людей красивыми песнями и отрывают им головы».
Он провел рукой по подбородку и шее, не отрывая локтей от спины Крула.
– Откуда ты это знаешь? – спросил Рыбак, широко распахнув свой глаз.
Лукаш криво усмехнулся.
– А ты откуда это знаешь? – парировал он.
Рыбак не ответил. Вместо этого он указал наверх, где белая орлица перелетала с ветки на ветку. Лукаш с отвращением вспомнил библиотеку в Кфьяте и Рафала.
– Ты можешь с ней разговаривать? – спросил он, внезапно осознав, что именно Рыбак имеет в виду.
– Большинство животных всегда рады поговорить, – ответил неестествовед. – Просто люди их не слушают.
На другой стороне лагеря зашелестела густая листва. Даже за шесть метров Лукаш мог видеть, как рука Кожмара потянулась к винтовке, лежащей в траве. Из-за кустов вышла Фелка с двумя животными и королевой, которая вновь приняла человеческое обличье.
– Как у тебя это получилось? – тихо спросил Рыбак. – Как ты смог похитить ее?
Королева села на траву и скрестила ноги, окруженная своими животными. Волк перевернулся на спину, стуча хвостом по земле, пока она чесала ему живот и разговаривала с братом-рысью.
– Я подумал… – начал Лукаш.
– Нет, – сказал Рыбак тем же тоном, что и Францишек. – Ты вообще не думал.
Чувствуя себя последним подлецом, Волчий Лорд решил, что пришло время напомнить Якубу о его долгах.
«Ради Францишека», – подумал он, пытаясь выкинуть из головы воспоминание об одноглазом мужчине, рыдающем над маленькой навью.
«Это все ради Францишека».
– Я спас тебя прошлой ночью, Якуб, – спокойно сказал он. – И это уже во второй раз.
– А когда был первый?
– В том подвале, в Сероводе, – напомнил Лукаш. Рыбак попытался отвернуться, но Лукаш схватил неестествоведа за руку. – Ты мой должник.
Глаза Рыбака переметнулись с лица молодого человека на его руку, сминавшую ткань рубашки. Волчий Лорд разжал пальцы.
– Чего ты хочешь? – спросил Рыбак.
