Я иду последней, совершенно не думая о том, чьим гибридом могу оказаться. Интересно, поехал бы со мной Саша, зная, что Анастасия Дмитриевна тоже едет? Мы идем около двадцати минут и наконец достигаем небольшого, отгороженного невысоким утесом кусочка пляжа, где совсем нет людей. Всю дорогу Вадим записывает видео и остро комментирует происходящее: мальчики несут коробки с едой, складной столик, мяч для волейбола и ракетки; сам же он отделался сумкой на колесиках с фирменными пледами Академии.
Море сегодня волнительное и живое как никогда. Солнце припекает совсем немного, а последний летний бриз, кажется, устроил настоящую прощальную вечеринку. Мы располагаемся вдоль побережья, обедаем большими сытными бутербродами, а Анджела, как настоящая староста, в это время планирует наше пребывание на пляже.
– А потом мы…
– Слушай, Анджел, не в обиду, но это уже чересчур. Давайте начнем с волейбола, а там посмотрим!
Обнимающаяся чуть поодаль парочка резко прекращает свои любезности, Давид делит всех ребят на команды, а Марта, словно изнеженная аристократка, располагается на собственном пляжном коврике. Ребята делают импровизированную сетку из пары пледов и длинных палок. Вадим отдает Марте свою камеру и просит ее заснять игру. Она неохотно соглашается. А я бы охотно согласилась.
– Ребят, без глупостей, договорились? Купаться уже холодно, так что не думайте! И оголяться тоже не смейте, ветер обманчивый, надует – заболеете.
– Да, Анастасия Дмитриевна!
Я устраиваюсь поудобнее на дальнем пледе так, чтобы ни при каких обстоятельствах в меня ненароком не угодил мяч. Смотрю на Марту, чтобы поймать ее поддерживающий взгляд, как-никак, мы обе не играем в волейбол, но она и не думает глядеть в мою сторону.
– Можно? – спрашивает классный руководитель и присаживается рядышком. – Как твои дела, Вивиан?
Ставлю в настройках телефона максимальную яркость. «Все хорошо, спасибо. Как ваши дела?»
Анастасия Дмитриевна широко улыбается, и я вспоминаю, что англо-американская традиция в России не приживается.
– Спасибо, у меня тоже все хорошо. Вижу, ты неплохо общаешься с ребятами. Они на самом деле добрые. Только каждый выражает доброту по-своему. Мари никогда не откажет сшить что-нибудь модное, Глаша всегда поможет с уроками, у нее феноменальная память и скорость обучения. Она прошла всю школьную программу уже три года назад, но не хочет сдавать экзамены экстерном, очень любит Академию. Мирон готов таскать на себе шкафы! Я в прошлом году подвернула лодыжку, так он меня на руках нес почти два километра. А когда они вместе… То же волонтерство в детских домах, их просто обожают. Дети все чувствуют. Я уверена, что и ты вписываешься в команду именно поэтому. Из-за исключительной доброты.
Анастасия Дмитриевна смотрит на меня таким невинным взглядом, что мне хочется зарыться головой в песок и прорыть таким образом тоннель на другой конец земного шара. Исключительная доброта? Это точно не про меня.
Артур одет в голубое поло и джинсовые шорты. Я стараюсь не смотреть в его сторону, но все же слежу за игрой, и когда мяч оказывается у него, прикрываю рот ладонью, чтобы от волнения ненароком не проронить какой-нибудь звук. После нескольких серий игр ребята решают снова перекусить и просто отдохнуть. Димитрий затевает глупую игру: громко кричать названия тех предметов, которые ты видишь перед собой. Я смотрю на них одновременно с радостью и завистью. Мне хочется выбежать и закричать, что я пошутила, это всего лишь глупая шутка, я на самом деле не немая! Но я не могу. Мое место здесь – в тени утеса, вдалеке от всех.
Что, если бы не было этой лжи? Стали бы девочки со мной общаться, потому что я – это я? У меня ведь были корейские друзья, которые на самом деле оказались не друзьями. Все в этом мире проходит. Наслаждайся моментом, Ви. Через пять лет никто и не вспомнит о Вивиан Ковальчик – немой девочке из Англии.
– Минуточку внимания! – Анджела прерывает остывшую игру внезапным заявлением. – Все мы знаем, что девятнадцатое сентября – исключительный день. И пусть некоторые из нас… Большинство из нас – снобы и жлобы, предпочитающие проводить свой день рождения в затворничестве с родителями и самими близкими. Но я свое семнадцатилетие должна провести с шиком! Спасибо дорогой Анастасии Дмитриевне за то, что похлопотала и выпросила для нас на вечер пятницы целый коттедж!
– О-о-о!
– Красава!
– Вот это я понимаю!
– Тишина! Прошу в четверг подарок не дарить, как-нибудь переживу. Ну, и да – приглашены все! Неявка карается созданием куклы вуду с лицом непришедшего. Всем спасибо!
Оглядываюсь по сторонам, ища кого-нибудь, кто сможет мне объяснить, что только что произошло.
