– Babcia! Dziadek! Czy to sen? Jak to możliwe?![20]
– Да, мы обожаем делать сюрпризы, не правда ли? Пока до вас добрались, чуть в аварию не попали, почти утонули в болоте и набрели на каких-то цыган. Но все в порядке. И чего это сын нас не встречает?
Бабушка с дедушкой приезжают, конечно, не очень вовремя и без предупреждения. Они сняли гостиницу в центре города на трое суток, но им так не терпелось увидеть наше жилище, что они решили провести одну ночь у нас. Ссора родителей с Сашей пришлась совсем некстати, все они продолжительное время чувствовали себя на взводе. Мои занятия языком жестов тоже понесли большие потери, так как завтра утром я должна была показать бабушке с дедушкой Калининград. Да мне и самой хотелось выбраться из дома после услышанной перепалки. До ночи мы втроем играли в карты, а выигравший получал одно фирменное бабушкино овсяное печенье.
Привешиваю фотографию на пустую пробковую доску и фотографирую ее на телефон. Say Kant![21] – подписываю я ее в Instagram и, не успев даже заблокировать телефон, кладу его рядом и засыпаю сном младенца. Это мое первое личное фото в профиле. Я не помню такого наполненного позитивными моментами дня, я не помню себя такой уставшей, я не помню…
Утром папа немного остывает, но это проявляется только в благосклонном отношении к собственным родителям. Он даже готовит всем завтрак, но Саша к нему так и не спускается, поэтому я отношу поднос наверх, ставлю у двери, стучу в нее и убегаю собираться.
Открываю свою подарочную металлическую коробку от чая с накоплениями, в основном с обедов и каких-то приятностей, на которые мне давала деньги мама, но я редко их тратила. Я накопила прилично денег для семнадцатилетнего подростка, да еще и в разной валюте. Пожалуй, можно купить даже электросамокат. Кладу в кошелек долларовые купюры, их легче всего поменять в банке.
Чтобы только не пересекаться с родителями дома, Саша вызывается быть нашим шофером. В машине пишу Алексе сообщение с просьбой помочь в выборе подарка для Анджелы. Она говорит, что подруга обрадуется подарочному сертификату в только что открывшийся гипермаркет товаров для творчества. Она любит всякие доски визуализации и планеры, которые помогают ей сосредоточиться на создании подкастов.
В городе мы водим бабушку и дедушку по излюбленным туристическим местам: острову Канта, площади Победы, набережной Преголи, проспекту Мира. Магнитики на холодильник с янтарем, купленные мной заранее, приводят их обоих в настоящий восторг. Поменять деньги в воскресенье, на удивление, не составляет большого труда, как и купить и упаковать сертификат в золотой конверт с розовой ленточкой. Когда к вечеру мы уже не чувствуем своих ног, а только зверский голод, меня ожидает вкусный ужин в одном из ресторанов и допрос с пристрастием в придачу. Сашу, кстати, тоже.
– Я пока не хочу об этом говорить.
– Ты и так уже наговорился, пока все нам рассказывал о городе. А вот Ви что-то на удивление молчалива.
Конечно, я молчалива, каждую минуту я озираюсь по сторонам в страхе увидеть знакомое лицо. Вот так вот попасться с поличным было бы непростительной глупостью! Но в дальнем углу немноголюдного ресторана обстановка кажется безопасной.
– Как тебе новая школа? И вообще жизнь в России?
– Ой, бабуль, все отлично. Я даже представить себе не могла, что все так сложится.
– Ну, да, конечно, представить она не могла, – Саша готов вспыхнуть от малейшего дуновения ветра.
– Тебе есть что мне сказать?
– Да ты что, Ви. Мне нечего тебе сказать.
После взаимного обмена словами-плевками положение спасает дедушка. Он заметил фотографию на моей доске и просит рассказать побольше об одноклассниках и учителях. Узнав о том, что со следующей недели у нас будут занятия по польскому языку, он расцветает и по памяти начинает читать стихи Адама Мицкевича. Его волшебный тембр голоса стирает прежние недомолвки и успокаивает нас всех лучше отвара ромашки – кстати, очень переоцененного.
На этот раз я не забываю сделать семейное селфи, а когда приходит время расставаться, по-настоящему расстраиваюсь. Да, мы часто переписываемся, но это не заменит личного присутствия. Плюс никто меня не обнимает так, как бабушка с дедушкой.
– Ты это… – начинает Саша, когда городские огни остались далеко позади. – Прости. Я не хотел грубить, ни в коем случае. Просто ситуация на работе такая…
– Не хочешь поговорить об этом?
– Пока нет. Не думаю, что тебе это будет интересно.
– А вот и будет. Только ты мне всегда все и рассказываешь, хотя присоединился к ним относительно недавно. Представь, сколько лет я жила в неведении!
– Как поплавала? – резко меняет тему Саша.
– Вода уже холодная. Ноги помочила. Но хорошо помочила.
– Я рад.
– Ты знал, что Анастасия Дмитриевна – наш классный руководитель?
– М-м, нет.
– Я вообще не знаю, что такое классный руководитель! Она, конечно, классная…
Саша начинает так громко смеяться, что мне становится страшно.
– Нет, Ви, она классная, потому что руководит классом. Вы же одиннадцатый класс!
