– Он называет меня Элизабет, и произносит мое имя так, словно от него его тошнит, словно само мое имя пропитано ядом. Но я считаю, что на него и яд тратить жалко…
– Мы точно говорим об одном и том же человеке? – спросил Чарли, с живейшим интересом глядя на собеседницу.
Лили безмятежно мотала босыми ногами.
– А много ли Паскалей Ламартинов вы знаете?
– Только одного. И этот Паскаль Ламартин – прекраснейший человек, уверяю вас.
– Выходит, вы его совсем не знаете, – со вздохом сообщила Лили.
– Не знаю?… Что-то не похоже, что ваш брак вершился на небесах, – с озабоченным видом произнес Чарли.
– Уж точно не на небесах. Скорее, в аду, – судорожно сглотнув, ответила Лили.
Чарли подошел к дереву и протянул ей руку.
– Давайте мне свою удочку и спускайтесь. Осторожнее, вот здесь… Похоже, вам действительно очень нужен друг.
И эти простые слова участия пробили словно плотину – слезы потоками хлынули из глаз Лили. У нее ведь никогда не было друзей, если не считать Жан-Жака и Коффи. Отец не позволял ей заводить друзей. Герцог любил повторять, что дружеские отношения – миф, что дружба может быть основана лишь на взаимной выгоде, а она, его дочь, не нуждается в чьих-либо услугах, зато титул и богатство делали ее лакомым кусочком для всякого рода проходимцев. Именно так говорил отец Лили, и поэтому ей приходилось обходиться совсем без подруг – Коффи не в счет. И вот сейчас, – когда она чувствовала себя особенно одинокой, потому что даже Коффи с ней не было, – ей предложил дружбу тот, кто совершенно в ней не нуждался. И это растрогало Лили до слез.
Тихонько всхлипывая, она осторожно спустилась с сука, на котором сидела. Чарли же, улыбнувшись ей, поднял с земли рыболовные снасти и ведерко с двумя пойманными им рыбинами, после чего сказал:
– Нам пора возвращаться. Я бы сейчас не отказался от плотного завтрака. Не могу говорить о серьезных вещах на голодный желудок.
– Но я не знаю, есть ли в доме хоть что-нибудь из еды, – сказала Лили. Мокрые туфли и чулки она прихватила с собой. – И прислуги у нас нет. Так что кто будет готовить, – понятия не имею…
Чарли приподнял повыше ведерко с рыбой.
– Вот вам и еда. И если моя догадка верна, то сейчас уже многие в округе знают, что Паскаль вернулся. Уверен, у вашей кухонной двери уже лежат подношения.
– О боже!.. – воскликнула Лили, потому что не знала, как еще реагировать на слова Чарли. Все в округе знали, что ее муж нищенствовал, и потому приносили ему еду, чтобы он не умер от голода? Но как же так?… Ведь если Паскаль – и впрямь приемный сын графа Рейвена, то у него должны иметься средства, разве не так? Но тогда почему ему пришлось работать садовником? У Лили голова раскалывалась от всех этих вопросов. Следуя за Чарли – он явно направлялся в Роуэнз-клоуз, – она ужасно переживала из-за того, что ей придется готовить пойманную рыбу. Ах, она ведь не имела ни малейшего представления о том, как это делается!
– Ну вот… – сказал Чарли, выложив свой улов на кухонный стол. – Вы пока начинайте чистить рыбу, а я разведу огонь в плите.
– Что вы имели в виду, предлагая мне ее почистить? – спросила Лили, брезгливо глядя на двух форелей. – Они жили в воде, и потому они не могут быть грязными.
Чарли расхохотался.
– Вы и впрямь словно с Луны. Вам следует взять нож, разрезать каждой рыбе брюхо и вынуть внутренности. – Чарли ухмылялся, наблюдая, как Лили бледнела от ужаса.
– Я… Боюсь, я не смогу, – пробормотала она.
– А огонь развести вы сможете?
– Я… Боюсь, я не умею разводить огонь. Я видела, как это делала горничная, но я не следила за ее действиями и ничего не запомнила.
– Тогда садитесь и смотрите внимательно. И попытайтесь все хорошенько запомнить. Раз уж вы умудрились выйти за моего брата, вам придется кое-чему научиться. Паскаль любит забираться в какую-нибудь глушь, так что вам лучше подготовиться ко всему заранее.
Чарли развел огонь, затем подошел к двери, ведущей из кухни в сад, и, распахнув ее, радостно воскликнул:
– Я же говорил!..
Лили увидела под дверью корзинку с яйцами, кувшин молока и буханку хлеба. Кроме того, там оказалось завернутое в холщовую тряпицу охлажденное сливочное масло.
– Да, все именно так, как я предсказывал, – продолжал Чарли. – Сегодня у нас будет настоящий пир. Хлеб-то вы в состоянии нарезать, а? – Он положил перед Лили буханку хлеба и нож, найденный в выдвижном ящике стола.
– Вы и в самом деле умеете готовить? – спросила Лили, наблюдая, как Чарли кладет в сковородку масло.
– Само собой, – ответил молодой человек. – Моя мама отлично готовит. Она научилась этому у своей матери, француженки. Вот, смотрите… Масло сначала должно растаять, а потом надо класть рыбу.
Лили с любопытством смотрела на Чарли, ловко потрошившего рыбу. Затем обе выпотрошенные рыбины отправились на сковороду и затрещали в горячем масле. Чарли тотчас посолил и поперчил рыбу, после чего взял еще одну сковороду и занялся яйцами.
