―Попробуй рассказать, Ева, может, тогда я пойму, что к чему. Между вами явно что-то происходит, я не слепой и не дурак. Но даже если все так, как ты говоришь, и у вас просто появился какой-то общий секрет… Тебе придется выбрать. Ты можешь быть девушкой парня, которому ты дорога, а можешь стать временным увлечением эгоистичного подонка, который всегда относился к тебе, как к вещи. Либо он, либо я.
―Ты запрещаешь мне с ним общаться?.. ―переспросила я, словно не веря своим ушам.
―Можно и так сказать. Ева, попытайся меня понять! ―обернувшись ко мне, он остановился и несильно сжал мои плечи руками. ―Мало мне было, что он преследовал тебя, но теперь ты и сама, похоже, не возражаешь против встреч с ним! Я не знаю, что произошло между вами ‒ ты мне не говоришь. Но выбрать тебе придется в любом случае, и надеюсь, ты выберешь правильно. По-моему, тут и думать не о чем.
Я понимала, что он имеет право требовать прекращения наших встреч, но все равно меня это как-то покоробило, ведь этим ультиматумом он ограничивал мою свободу действий. Витя хоть и очень корректно говорил со мной в свойственной ему спокойной рассудительной манере, без истерик и даже с доверием, которого я, положа руку на сердце, больше не заслуживала. Но он запретил мне общаться с единственным человеком, который знал о моих новоявленных способностях и связанных с ними трудностях, и этого я не могла допустить в любом случае.
После обеда мы отправились в класс самостоятельной работы и так же вместе начали делать уроки. Между нами все еще была некая натянутость, но требовать от меня немедленного ответа, кого из них я выбираю, Витя не стал. Наверное, он считал, что я уже сделала свой выбор.
К сожалению для него, это и в самом деле было так.
Придя домой после занятий, я походила из угла в угол, мучимая сомнениями и колебаниями, а затем связалась по скайпу с Миланой в первый раз за долгое время.
―Я это сделала! Переспала с Власовым, на следующий день рассказала обо всем Вите, и он простил меня, но теперь я… я собираюсь уйти от него, и будь что будет! Я не могу, это превращается в постоянную пытку. Пусть я буду для Макара временным увлечением, пусть это ошибка, но находиться в этом подвешенном состоянии я больше не могу!.. Власов говорил, что не оставит меня в покое, но я уже не знаю, хочу ли я, чтобы он отстал. Я
―Ева, я даже сказать тут ничего не могу. Он снова сделает тебе больно! Ты привяжешься к нему, а он разобьет твое сердце, ―Милана восприняла новость о моей измене куда проще, чем я думала, ее явно сильнее обеспокоило другое.
―Он и так это сделает! Мила, я не могу, по-моему… у меня такое ощущение… что я
Перед моими глазами стояла картина исполосованного кровоподтеками тела Макара, его лица в тот момент, когда он увидел меня связанной. Он поступил ради меня смело и самоотверженно, я будто смогла разглядеть что-то в его душе, и мое сердце перевернулось.
Люблю его… Люблю человека, которого еще вчера ненавидела, которому все еще не могу доверять!..
―Конечно, любишь, ―Милана вздохнула, ―все к этому и шло. Просто я боюсь за тебя! Он не тот парень.
«Он лжец. Ева, он не тот парень!», когда-то сказал мне Витя, и тогда я с ним согласилась на тысячу процентов, но теперь…
―Макар лучше, чем ты думаешь, я многого тебе не рассказывала.
―Он хороший, он не такой? Прости, Ева, но это клише. Так говорят все юные дурехи, влюбленные в плохих парней, ―покачала головой подруга.
Я невесело рассмеялась:
―Наверное, потому что во всех плохих парнях есть что-то хорошее. Вопрос в том, надолго ли хватит этого хорошего и не иссякнет ли оно вместе с интересом к несчастной дурехе. Ты права, ―вздохнув, я провела руками по лицу, ―Макар творит со мной, что хочет, и я понятия не имею, что будет дальше. Но без него мне плохо, а с ним так хорошо, что я и описать это не могу! Когда он целует меня… я будто в раю оказываюсь! Он бывает таким обаятельным, ты бы знала, ―я улыбнулась, ―бывает грубым, но это потому, что у него семейство сумасшедшее. Познакомилась я тут с его отцом и братьями, ну и семья, кто угодно среди них таким бы вырос, это вина его окружения!
―Ты видишь то, что хочешь видеть, и ищешь ему оправдания. Но что я могу тебе сказать? «Не лети к солнцу, опалишь крылья»? Но ты все равно полетишь. Что ж, Ева, делай, как велит тебе сердце. Но я так радовалась, что вы с Витей нашли друг друга, а теперь ваши отношения пошли коту под хвост из-за такого, как Власов. Может, подождешь немного, не будешь с ним расставаться, пока не уверена в чувствах того, другого?
―Попробовать усидеть на двух стульях? Как-то это низко.
Милана фыркнула:
