- Боюсь? Мне нечего бояться! Я всегда была честна с тобой, я не такая интриганка, какой пытается меня представить Елена! Кстати, что означала твоя вчерашняя фраза?
- Не старайся казаться глупее, чем ты есть! Ты прекрасно меня поняла! Как я мог доверять тебе, предавшей своего отца и не пожалевшей родного брата? После такого глупо было бы думать, что в стремлении к собственной выгоде ты пожалеешь чужого сына!
- Я отреклась от отца ради любви к тебе! Я люблю тебя, Константин!
- А как же Курсор?
Я почувствовала, как краска заливает моё лицо. Мерзавка Марсия действительно рассказала лишнее! Надо было её прикончить...
- Мне приходилось принимать Курсора в твоё отсутствие - он несколько раз приходил с поручением от сената. Что в этом такого? Ты веришь клевете рабов?
- Я верю словам Курсора. Впрочем, речь не о нём. Мы отклонились от темы. Вопрос такой - ты признаёшься в том, что оклеветала Криспа?
Я почувствовала, что не в силах больше выдерживать его пронзительный взгляд. Нужно было переходить от защиты к нападению!
- Как же, клевета и предательство - излюбленная тема ваших христианских сказок, ведь Иисуса Христа предали собственные ученики! Елена одержима стремлением прославиться в раскрытии заговоров, старость губительно влияет на её разум!
- Не смей говорить так о моей матери, шлюха! - Константин обеими руками вцепился в мои плечи и сжал пальцы.
- Ты назвал мать своих детей шлюхой? Тогда ты - муж шлюхи! - не в состоянии больше сдерживаться, а размахнулась и изо всех сил влепила ему пощечину.
От неожиданности Константин оттолкнул меня, разорвав тонкую шелковую тунику.
Почувствовав обжигающее дыхание пара, я закричала, изо всех сил стараясь удержаться на краю бассейна с кипятком. Муж шагнул ко мне, но не успел удержать. Поскользнувшись на мокрой плитке, я упала внутрь и мгновенно задохнулась от нестерпимо обжигающей боли - вода была слишком горяча!
Перед моими обожженными глазами промелькнуло последнее в жизни видение - белая вареная рыба, лежащая на золотом подносе...
Герберт фон Шлиссен. Каса до Сол, Агонда Бич, Гоа, Индия, март 1979 года
- Мария, положи мне, пожалуйста, еще этой чудесной рыбы. Как она называется? - спросил доктор Валленстайн, нанизывая на вилку креветку в медово-имбирном остром соусе.
- Корифена, а еще ее называют махи-махи или золотая макрель.
- Невероятно нежная и сочная. А откуда ты ее взяла?
- Мне принес несколько стейков соседский мальчик Раджа, они с отцом ночью были на рыбалке. Хвастал, что она весила больше двадцати килограмм. Такой шустрый мальчик. По-моему, он влюбился в меня. Только ты, Герберт, пожалуйста, не ревнуй.
- Не могу тебе этого обещать, но его можно понять. В это, слава Богу, пасмурное утро ты особенно ослепительна!
Мы закончили наш поздний воскресный завтрак шампанским и легким десертом. Вчера было слишком жарко и совершенно безветренно, хотя в Индии был самый разгар зимы. Сегодня же набежавшие на небо серые ватные тучи прозрачно намекали на небольшой тропический ливень. Дышалось легко и свободно, и я вдруг ощутил внутри себя острейшую жажду жить, любить, чувствовать и наслаждаться этим прекрасным миром во всей его полноте. Мне захотелось обнять эту прекрасную голубую планету и закружиться с ней в плавном и красивом вальсе. Глядя на свою любимую Марию, я не смог сдержать нахлынувших чувств.
- Мария, ты невероятно красива. Я люблю тебя. И мне кажется, что сегодня все в тебя влюблены: и твой папа, и мальчик Раджа, и эти серые тучи, и вся огромная и загадочная вселенная вместе с нами любуется тобой!
- Я знаю это, - смеясь, сказала она. Напевая вальс Штрауса "Сказки Венского леса", как будто подслушала его у меня в голове, и слегка пританцовывая, Мария направилась в дом переодеться, чтобы пойти на ближайший рынок купить свежих тропических фруктов.
Улыбаясь, мы с Эрихом проводили ее взглядами, после чего я решил продолжить наш вчерашний разговор.
- Эрих, все эти примеры биологической связи, о которых мы говорили, безусловно, потрясают, но они относятся к низшим существам. Проводились ли подобные опыты над людьми? Мы тоже способны обмениваться информационными посланиями на расстоянии?
- Конечно, способны, и да, такие опыты, к сожалению, проводились. Правда, гуманизмом они не отличались. Во время войны мне пришлось побывать в советском городе Смоленске. Там я встретился с одним русским военнопленным, бывшим майором НКВД Григорием Кругловым. Он рассказал, что по заданию высшего советского руководства в одном из исправительно-трудовых лагерей ГУЛАГА проводились исследования возможностей телепатической связи между живыми организмами, причем биологическими объектами для этих экспериментов служили не животные, а люди.
Акмолинское специальное отделение Карагандинского исправительно-трудового лагеря. Казахстан, Советский Союз, июнь 1937 года
