Ровный, холодный голос пленницы заставил Трехпалого подпрыгнуть на месте. А в следующую секунду ему в лицо прилетела самая настоящая молния, и сознание покинуло старого авантюриста.
В рубку «Феникса» мы вломились в лучших традициях бойцов спецназа моего прошлого мира. То есть через широкие окна обзора, мелким крошевом осыпавшихся на пол от удара ног, обутых в тяжелые ботинки высотных костюмов, и готовые открыть огонь по любому противнику. Но вот с врагами-то как раз и не задалось. Ну не считать же противником Хельгу, застывшую над телами, у двух из которых во лбу красовался «третий глаз», а последнее… судя по стонам, сопровождавшим конвульсии от прилетавших разрядов, этот бандит был еще жив. Но если не прекратить пытку, это самое «еще» долго не продлится. Беременная женщина в гневе — это страшно. А то, что Хельга беременна, я понял, едва послушный Ветер донес до меня стук двух сердец в ее теле.
— Либо добей, либо свяжи. Мучить-то зачем? — прогудел Алексей на эсперанто, не обращая никакого внимания на направленный в его сторону монструозный револьвер.
А зря, судя по лихорадочному блеску глаз и одновременно совершенно пустому взгляду, психическое состояние Хельги не ахти, может и пальнуть. И ладно, если попадет в корпус, рунированной броне наших «шкур» пули не страшны, но боевиков-то она уложила выстрелами в голову. А ну как в окуляр шлема попадет? Не-не-не, на фиг такое счастье!
— Девушка, опустите револьвер, пожалуйста. Мы вам не враги, — проговорил я на том же международном языке небесников, ничуть не опасаясь быть узнанным по голосу. Хельга смерила нас долгим, но абсолютно невыразительным взглядом и уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но ее перебили самым некультурным образом.
— Бьорн! — Ворвавшийся на мостик боец даже не успел понять, что именно он видит, как револьвер в руке Завидич грохнул, дернулся, и во лбу так не вовремя влетевшего в рубку захватчика возникла аккуратная дырочка.
Боец пошатнулся на полушаге и с грохотом обвалился на пол. Скорость и точность на высоте. Хех, моя школа!
— Так. — Я огляделся по сторонам. — Алекс, проверь боковые двери. Если открыты, запри. Вяч, проверь люк… Девушка? Госпожа офицер!
— Что? Кто вы? — отмерла Хельга, наводя на меня свой револьвер.
— Друзья, — отмахнулся я от ее расспросов. — Потом познакомимся. А сейчас у меня к вам просьба.
— Слушаю, — протянула она.
Понятное дело, что доверия в ее голосе не было ни на грош. С другой стороны, «разморозившись», Хельга все же смогла взвешенно оценить свое положение и наше вооружение, и, судя по ее ожившему взгляду, бросаться с одним револьвером на два пулемета не собирается. Уже хорошо.
— Запритесь здесь и никуда не выходите, пока мы зачищаем ваш «кит», — проговорил я. — Как закончим с пиратами, сообщим через «вопилку».
— Втроем против четырех десятков бойцов? — окончательно приходя в себя, фыркнула Хельга.
— Безоружного сброда, — поправил я, с удовольствием замечая, как в глазах сестрицы разгорается пламя надежды. — К тому же вы в одиночку нейтрализовали десятую часть захватчиков. А чем мы хуже?
Пересчитав распластанные по полу рубки тела, Хельга слабо улыбнулась. Но стоило Бьорну у ее ног застонать, как улыбка сменилась злым оскалом, и в Трехпалого вновь ударил мощный электроразряд. Я только головой покачал. Мстительная же мне сестрица досталась, эх…
— Командир, здесь чисто. Люки и двери мы заперли, — подал голос Вячеслав, и я встрепенулся.
— Госпожа офицер, вы не будете возражать, если мы обыщем и свяжем вашего пленника? — обратился я к сестрице, краем глаза наблюдая, как Алексей занимает позицию у единственной открытой двери на мостик. И правильно, зачем нам неожиданные гости?
— Моего пленника? — задумчиво протянула Хельга.
— На трофеи не претендуем, — тут же открестился я. — Но оставлять его не связанным, да еще и, возможно, вооруженным… хотя бы тем же стволом, которым он вам угрожал, слишком опасно. Согласитесь?
— Договорились, — нехотя кивнула сестрица.
А что ей оставалось? Хотя-а… я бы не удивился, если бы она уперлась рогом или, того хуже, потребовала бы своего участия в очистке дирижабля от «мусора». Это же Хельга, самая взбалмошная женщина этого мира!
— Вяч!
— Есть! — откликнулся тот.
В четыре руки мы с Вячеславом быстро спеленали еле шевелящегося и явно слабо понимающего, что творится вокруг, Бьорна. Заморачиваться с полноценным обыском не стали ради экономии времени. Вместо этого мы просто срезали с него одежду и экипировку, оставив лишь нижнее белье. А порезанные вещи со всеми возможными секретиками и тайничками свалили в кучу на штурманский стол.
— Советую вам проделать то же самое с вещами остальных ваших противников… — порекомендовал я Хельге, уже на выходе из рубки.
Хельга только скривилась. Белоручка…
Вот только уйти сразу нам все же не удалось.
— Господа, не знаю, кто вы, но, если вы действительно хотите помочь, прошу, освободите моего мужа, — произнесла Хельга, ухватив меня за руку. — Он должен быть в машинном зале…
— Мужа? — Я изобразил непонимание.
