— Ха-ха-ха! Ладно, здесь ты меня раскусила. И всё же ты ошибаешься на мой счёт! Я себе не изменял. Я люблю жить в удовольствие, а плюсы нынешней жизни полностью перевешивают минусы. Да, мне не стать божеством, не обрести бессмертие и даже не сравниться с действительно гениальными Небесными Монархами. Но, честно говоря, я всерьёз об этом никогда и не думал. Даже нынешний уровень для меня был за гранью любых фантазий, когда я только начинал своё развитие. В Никриме я чётко осознавал, что выше ступени Священного Лорда мне не подняться, и лишь надеялся, что доберусь хотя бы до пиковой стадии. Но посмотри на меня! Теперь я предбожественный Небесный Монарх, да ещё и Мастер Семи Малых Звёзд! Я неимоверно богат, имею множество ценнейших сокровищ и сотни верных слуг, что готовы в любой момент выполнить любой мой каприз. Звание Храмовника и должность управляющего Волей Храма, — характерным движением головы Норвуд указал на окружающее их измерение, тоже находившееся внутри небоскрёба, — дают мне в Храме серьёзную власть, а сделанные в прошлом инвестиции наделяют ещё и огромной властью в Империи Вечного Пути. Так скажи же мне, разве могу я отказаться от всего этого ради всего лишь возможности — даже не гарантии! — стать сильнее? Да ни в жизнь!
— Вот как… — слегка опешила девушка. — С этой точки зрения я вопрос как-то не рассматривала, — призналась она, а затем с улыбкой добавила: — Ну, тогда ты действительно остался верен своей жадности. Мне же материальные блага не сильно нужны. Как и власть. Я отказалась от предложения Кая по иной причине, сами должны понимать. Когда-то давно я один раз уже потеряла себя, поэтому больше не хочу ступать на эту тропу, даже если пообещают сделать меня богом.
— Схожие мысли. Не хочу оставлять прошлое. Не хочу отказываться от личности. Даже частично. Сила не стоит того, — рассуждал Глефус. — А ещё… не хочу оставлять учеников.
— Ты прав, братишка, — поддержал его Рагнар. — Какая разница, сколько силы даст тот метод, если получишь её уже не ты сам? Как минимум не ты прежний.
— Не думаете, что вы как-то слишком гиперболизируете? — заметил Норвуд. — Не факт же, что этот способ действительно изменит личность или как-то повлияет на неё. Под отказом от прошлого и части себя Кай мог подразумевать и что-то другое.
— Например, что?
— Ну… он мог говорить о том, что после использования такого метода придётся отречься от своего имени и всех прошлых связей. Начать скрываться от большинства. Сами подумайте. Сила не берётся из ниоткуда. Если бы мы приняли предложение и вдруг стали бы сильнее, то что бы подумали другие члены Храма? Очевидно ведь, что раз за пять тысяч лет в Пагоде с её ресурсами мы не смогли достичь большего, то точно упёрлись в свой предел. А тут вдруг будет его преодоление. С чего бы?
— Намекаешь на тёмные искусства? — нахмурился Рагнар.
— Кай на такое не пойдёт, — сразу вставил Глефус.
— Точно, — кивнула Энни.
— Я и не спорю, — развёл руками Норвуд. — Но важно не то, на что он пойдёт, а что подумают другие. Темные искусства являются самым простым и очевидным ответом на вопрос, как кто-то, кто достиг предела таланта, внезапно стал сильнее или даже превратился в божество. И если пойдут слухи об этом, то доверие к философии Храма может пошатнуться. Рано или поздно это приведёт к серьёзным проблемам как внутри организации, так и за её пределами. При этом объяснить всё и раскрыть правду Кай в принципе не может. Если метод такой действенный, что поможет даже нам, то это точно нечто невероятное. Нечто уровня Высших или даже Первых. А потому нельзя давать даже шанса на утечку информации. Поэтому Кай и рассказал о нём только нам и Иерархам, да и то в общих словах и запутанно.
— И то верно, — согласилась Энни. — Резкое усиление создаст слухи, а каждый раз массово переписывать всем воспоминания совсем не вариант. Вот и остаётся только хранить это в тайне, а всех воспользовавшихся методом воинов вынуждать рвать с прошлым и уходить в тень. Может, тогда и Шоу на самом деле просто подстроил свою гибель, а сам уже где-то посмеивается над нами, наслаждаясь божественностью? — хмыкнув, добавила она.
— Ну, это уже какая-то конспирология, — пожал плечами Рагнар. — Вспоминая бесконечную самовлюблённость Ворона, я совершенно не удивлён его попыткой прорыва и жаждой бессмертия. Особенно когда он и так был очень близок к этому. И та же самовлюблённость не позволила бы ему жертвовать своей личностью ради силы, если метод действительно предполагает такие изменения, — поделился он своим мнением. — Что же до провала, то это вполне закономерный итог. Большинству не стать божествами, даже если они могут начать сам прорыв, — мрачно добавил он, вспомнив свою подающую надежды гениальную ученицу, которая тоже не справилась с переходом на ступень Звёздного Императора и погибла. Это было ещё до того, как Кай издал запрет на прорыв без познания изначального желания жизни Искры.
