Сашка не то чтобы растерялся, он просто задохнулся от происходящего, совершенно не зная при этом, как ему теперь на всё реагировать. Солнышко глупо улыбалась, полукриминальный ухмылялся с ощущением своего внутреннего превосходства, а ему… ему-то что надо делать!?.
В конце концов, Сашка выдохнул с трудом, встал, спокойно собрал вещи в рюкзак, велик свой взял… Куда ехать? Да, наверное, в кочегарку. Ключи у него в кармане, переночует, а там видно будет…
– А эта… сука!.. – Сашка весь кипел изнутри, рассказывая Калине Ивановичу и мужикам. – …Хотел взять поллитру и напиться, не стал. Сдержался. Знал ведь, что она шалавится, Солнышко, мать её!..
Никто из мужиков и слова Сашке не сказал. А чего говорить-то! Действительно, ведь всё знал про неё Сашка, только глаза на это закрывал. И допреж, до последней поры, пока деньги какие-никакие домой он приносил, видно всё его в Солнышке устраивало. А теперь – ни подруги, ни дома – всё в одночасье потерял. Что тут скажешь…
Жаль, конечно Сашку, хоть сам дурень… Свой дом – дело великое, это Калина Иванович твёрдо знал. На этом вырос, на этом и стоял крепко.
Лет через пять после окончания института женился он – совпадение, а скорее всего, нет – на той самой Людочке, молоденькой заведующей учебной частью, которая когда-то помогла ему на подработку к старичкам в слесарку устроиться. Ей-то с первого взгляда приглянулся этот самостоятельный, крепкий парень, хозяйственный, умеющий многое делать руками, и опять же с головой дружит. Но скромный очень.
Помнится, сначала зашел он её поблагодарить, что позволила ему тогда устроиться на подработку. Шоколадку принёс – слышал от кого-то, что так благодарить в городе принято – и встал в дверях, молча, неловко переминаясь с ноги на ногу.
– Проходи, чего стоять дверь загораживать! – Хохотнула Людочка. – А-а, шоколадка!.. – Увидела. – Сейчас чай пить будем.
Калина растерялся вдвойне, представил почему-то, что сюда в учебную часть зайдет кто-то из его сокурсников, а они здесь чаи с Людмилой распивают. Что подумают? А Людочка по-хозяйски включила чайник, чашки достала, заварку, сахар, застелила газеткой стол, всё расставила, и на стул Калине указывает. Куда деваться, пришлось ему чаёвничать.
С этого всё и началось. Людочка, к тому же, оказалась дальней родственницей Поллитровыча, какой-то внучатой племянницей что ли, или ещё как-то… Калина Иванович плохо во всех этих семейно-родственных связях разбирался. Он тоже подсознательно почувствовал к девушке какое-то влечение. А что! – самостоятельная, безо всяких там сложностей и выпендрёжей, и симпатичная. Долго Калина за ней ухаживал, диплом защитил, на работу устроился, и только когда получил должность начальника цеха, решил – теперь пора, теперь он крепко на ноги встал, куда ещё тянуть-то…
Как Калина разумел, по жизни – где семья образовалась, там и дом строить надо. Ну, или, учитывая, что в городе он живёт, покупать. Что-то Калина сам к тому времени подкопил, чем-то родители помогли, как раз мёд по осени продали, сваты тоже в стороне не остались, словом сбросились миром, решили – надо.
Стали Калина с Людочкой ходить смотреть, по объявлениям ли ходили, так ли узнают от кого знакомых… Сильно не спешили, выбирали основательно, домов пересмотрели много. Только, то район не очень удобный, то сам дом тесный, то участок при доме маловат, то построен дом неосновательно – это уже чисто по калиноивановически, то ещё что-то…
А этот дом Калине Ивановичу сразу понравился. Бревенчатый, ладно связанный, брёвнышко к брёвнышку, без всяких там гвоздей, почти как у отца был. Всё в нём аккуратно подогнано, выставлено, и с виду – ни дать, ни взять! – терем. Щели все до одной мхом плотно, наглухо законопачены. Вошел в горницу Калина Иванович, сразу понял, этот дом они купят. И район, почитай центр города, и остановки – и автобусная, и трамвайная недалеко. С другой стороны, стоит он немного в сторонке от центральной улицы, нету шума такого, да и воздух не так переполнен выхлопными газами. Огород большой, банька во дворе, сарай, погреб. И даже гараж есть, воротами на улицу, но и со стороны двора тоже дверь в гараж сделана. Удобно.
С Людмилой переглянулся, жена сразу поняла – понравился Калине дом, плечами пожала и кивнула согласно, мол, берём. Ударили с хозяином по рукам, документы оформили, да переселились. Конечно, кое-что пришлось Калине Ивановичу на свой лад переделать, но это всегда так, всяк всё под себя подстраивает даже любую малую мелочь, а тем более дом. Всё в нём должно быть как надо – чтобы ничто не мешало тебе, не причиняло даже самых малых неудобств.
В самом доме он котёл поставил, чтобы внутри отапливать, печку переложил, тоже пусть будет, на ней и готовка вкуснее получается, чем на плите газовой, да и какой же дом без русской печи!
В огороде трубы везде пробросил, на них отводы с головками для распрыскивания врезал, чтобы грядки поливать. В баню воду завёл, а то вёдрами-то воды не натаскаешься. Крышу всю проверил, забор поправил да покрасил…