Светает в Заречье,Утихает метель,Голубой рассвет.Тяжело влюбленным расставаться,Им поговорить быО Москве,О любви,О жизни,Целоваться б…Шла Аришка,Оглянулась у моста,Будто что-то навек потеряла,Ветер белое по полю разостлалЗвездочками стеганное одеяло.<p>Глава вторая</p>1– Колька-а-а!..– Ты че-е-е?..– Понимаешь… весна-а-а!..– Чую-ю-ю… Чего галди-и-ишь?– Колька-а-а!..– Ты че-е-е?..– Вечер-то к на-а-ам,Летит, как летучая мышь.А погляди-ка, простор-то какой,И до чего ж хорошо…Э-э-эй…Голос пронесся,И далекоСтранствовать где-то пошел…Братья Иван и Семен БуранРазговор через поле вели,И поднимали их трактораЛомти пахучей земли.. . . . . . . . . . . . . .Шла по Заречью большая весна,Шла половодьем реки,Шла без пути,Плыла без весла,Девушкам это она принеслаПервых цветов венки.Ветер, завидя такую, словаПесни забыл свои,Бросился ноги ее целоватьИ застонал от любви.Она подняла его…Что ж это? Стыд!В губы… на улице… днем,И зацвели, забелели сады,И запестрели в лугах цветы,Искрились радужным ярким огнемЗвезды, падая с высоты.А на полях зацветали платки,Птицы кричали: «Здрас-с-сти!»Выйди к околице,Взглядом окиньНаши земныеРадости.2– Значит, уходишь?..– Да… Ухожу.– Дожили… наконец…Значит, в отцы я тебе не гожусь?Стало быть, я не отец?Стало быть, все восемнадцать летКормил и тебя одевал яКак бы за зря?Да ты слышишь, ай нет?– Косынку куда-то девала я.– На место положь все…Положь… не твое.Платье, ботинки сымай.Я здесь хозяин,И все здесь мое,Слышишь?..А… мать твою… мать.Руку метнул на девичье плечо.Крикнула…В грудь… еще…Всю обожгло горячо-горячо,Брызнули слезыСкатились со щек,Застыли у губ…– Не отец?Нет, говоришь, отца?Словно в тумане сбежала с крыльца,Выдавила:– Подлец!Аришка бежала, ослепши от слез.– Куда это ты глядя на ночь?– Никита Иваныч,Примите в колхоз,Примите, Никита Иваныч.3
