Небо слишком высоко полностью

По мановению президентской руки с зажатой в ней вилкой перед ней поставили кусок торта, точнее, почти уже целый торт.

— Ясна, заткнись! В кого ты превратилась из худющей секс-бомбы, в которую я тогда втюрился до потери пульса? В жирную, вечно пьяную нимфоманку, которая трахается с охочими до денег, кстати, моихденег, жиголо, что младше твоих сыновей лет эдак на десять, а то и все двадцать.

Ясна икнула, а президент изрек:

— Хочешь и дальше получать от меня финансовую помощь, чтобы, в частности, кромсать свою массивную рожу у пластических хирургов, пройдешь курс лечения от алкоголизма. Причем не в клинике для богачей где-нибудь в Санта-Монике, а в альтернативном проекте на Филиппинах. Они там работают на сухую, приковывают пьянчуг к стенам, натравливают на них голодных собак — и добиваются удивительных результатов! Тебе это явно пойдет на пользу!

Ясна заплакала, причитая, что он не может обращаться так с ней, матерью своих сыновей, а Делберт заявил:

— Могу. Еще как могу. Кстати, о сыновьях. Им тоже по куску торта! Хотя нет, не заслужили! Ты, Делберт, бездарь и бестолочь. Думаешь, я не знаю, что ты профукиваешь мои деньги и разрушаешь мою строительную империю, которую я вверил тебе?

Делберт побледнел, а его братец Уинстон усмехнулся.

— Не лыбься, Уинстон. Ты используешь деньги из «Грамп-фонда», которым я поставил тебя руководить, для того, чтобы просаживать в казино огромные суммы и устраивать оргии с дюжиной шлюх?

— Я, по крайней мере, не «голубец», как он! — огрызнулся Уинстон, а отец заявил:

— А может, было бы лучше, если бы ты им был! Ты такой же бездарь и бестолочь, как и твой братец. Поэтому в конце года оба сложите полномочия и добровольно запишетесь в ряды нашей доблестной американской армии.

Братцы разинули рты, а президент продолжил:

— Меня обвиняют в том, что я затеваю войны, а мои сынки сами не служили? Так идите и послужите, мальчики! Вам это наверняка понравится! Документы подадите сразу после Рождества.

Милена не без злорадства подумала, что сыновья президента, отправившиеся в армию, это сильный ход!

Раздался нервный визг — это Шэрон, поперхнувшись вином, натужно кашляла.

— Ах, Шэрон, опять ты под ногами путаешься… Ладно, дайте и ей кусок торта. Нет, ты вроде бы вменяемая, но бесишь меня тем, что считаешь себя непризнанной звездой. Мне осточертело просить голливудских боссов, которые к тому же все повально за Старую Ведьму, дать тебе еще один шанс. Поэтому с нового года займешься делом и присоединишься к Злате и Джереми. Что ты будешь там делать? Ну, например, обучать детишек в Третьем мире актерскому мастерству!

— Папа! — раздался голос Эйприл. — Можно я тоже туда поеду?

Делберт с удивлением посмотрел на нее.

— Гм… Для тебя, дочка, у меня подарка не было, но если хочешь, езжай со своей занудливой маманей. Только учти, там во многих местах мобильной связи нет. Так что придется выживать без твоего смартфона!

Эйприл, кажется, заколебалась, а тут к ужасу Милены подал голос и Тициан:

— А мне с ними можно?

Делберт, вздохнув, заявил:

— И ему тоже кусок торта, хотя он не заслужил. Нет, никуда ты не поедешь. Есть тут одна клиника в Аризоне, там лечат таких, как ты! Делают из них настоящих мужиков. Туда и направишься, мой мальчик!

Тициан пожал плечами, а Милена не стала возражать — когда Делберт узнает, что его сын вовсе не гей, то, конечно, отменит свое абсолютно идиотское распоряжение.

Но она все равно не допустит, чтобы Тициан присоединился к Эйприл, которая отправится на край света.

— Так, кто у нас тут еще остался? Ах, ну конечно, ты, Уилли! Наш вице-президент Фартинг, который, в сущности, не стоит ни пенса!

Делберт обратил взор на благообразного, с благородными сединами, коими он ужасно гордился (кажется, еще больше, чем своей должностью) вице-президента Уильяма Фартинга.

— Ты, мерзавец, все время делал вид, что на моей стороне, а сам плел против меня интриги то с Биззом, то с Майком. Уволить я тебя, увы, не могу. Но знай, когда пойду на перевыборы через два года, то без тебя. Выберу себе кого-нибудь получше!

Вице-президент позеленел, а Милена поняла: он явно намеревался унаследовать пост от Делберта и после истечения полномочий своего босса на волне его популярности въехать в Белый дом. А теперь его честолюбивые мечты пошли прахом.

— Так что, извини, подарок не моментальный, а как бомба с замедленным действием, но мне будет очень приятно третировать тебя оставшиеся два года и сваливать на тебя ответственность за все проблемы. Ага, кто еще?

Пресс-секретарь Стивен Маккиннон явно нервничал, так как по его крутому лбу ручьем катился пот. И не зря.

— И ему тоже! Хотя нет, я передумал! Торта он не получит, не такая уж ты и важная птица, Стивен, не так ли?

— Не такая, мистер президент! — проблеял тот. — Только не увольняйте меня…

Делберт расхохотался.