Урядник вскочил на коня и был таков. Показалось, вечность прошла, пока я переваривал новость о свалившейся на меня собственности. Так и стоял в растерянности. Уже и урядник вдали скрылся, и пыль рассеялась, а я всё стоял. Потом всё-таки собрался в кучку, обернулся, оглядел безучастно взирающих на меня моих… Нет, рабами я этих людей всё-таки не могу назвать. Чуть дальше столпилась вся наша авиационная братия, техники, солдатики, жандармы. Словом, все те, кто без дела в данный момент слонялся. А раз так, раз все такие любопытные, то:
— Александр Федотыч, отнесите-ка эти сумки в мою палатку, — приказал ближайшему ко мне мастеровому.
Помощник без всяких разговоров послушно подошёл, подхватил сумки, крякнул и ушёл. Наверное, тяжёлые, раз так скривился.
— Господин унтер, там, в возке, люди сидят. Они, вроде бы как, мои. Так вы покормите их. — посмотрел на заляпанный грязью и пылью возок, припомнил, с какой остервенелостью чесался урядник и добавил. — И умойте их. В общем, сообразите там сами. Но чтобы чистыми были!
— Будет сделано, ваша светлость, — улыбнулся служивый. — А возок сразу отсылать?
— Отсылайте, — махнул рукой.
Тут же как? Самое главное задачу правильно поставить. Тогда подчинённые сами отлично справятся и выход найдут из любого положения. А я пока сумки разберу. Интересно же, что мне казаки из добычи выделили? Ну и заодно подумаю, что с этой собственностью делать…
Но раздумывал я недолго. И даже сумки открыть не успел. Только-только к кувшину с тёплой водой приложился, как буквально минут через десять в палатку ворвался без доклада тот же унтер. И, выпучив глаза, придушенным сдавленным голосом прошептал:
— Ваша светлость господин юнкер, там один из них девка…
Нужно отдать мне должное, воду я не пролил и не поперхнулся. Хладнокровно сделал ещё несколько глотков, аккуратно поставил кувшин на столик, вытер ладонью от влаги усы и подбородок. И развернулся к вошедшему:
— Ну и чего ты раскричался? Девок никогда не видел, что ли? — спокойно произнёс. Как будто для меня лично это обыденность, ничего неожиданного. Не стану же я свою растерянность показывать?
— Так девка же, — повторил унтер. Крякнул, почесал затылок, пожал плечами. — И что с ней делать прикажете?
— Не нужно с ней ничего делать, — нахмурился. — Не дай Бог языки распустите или, что ещё хуже, руки, то я вам…
— Господь с вами, вашбродь, — замахал руками в ужасе служивый. — Да чтобы мы, да ни в жисть! Она ж совсем дитё ещё.
— Успокойся, это я так, вообще. На всякий случай предупредил. Второму тоже помывку организуйте. Кстати, а кто хоть там, лет ему сколько?
— Да пацан совсем. Навскидку годков десяток будет или около того, — охотно пояснил унтер. — А девка эта его сестра ро́дная. Так старейшины сказали. А эти молчат, словно воды в рот набрали. Побаиваются нас. Сиротки.
То, что они сиротки и родня, это я и так понятно. А вот как основной вопрос решать, кто бы подсказал. Но я же не собираюсь рубить на корню инициативу подчинённого? Поэтому импровизирую:
— Вот пацанёнка этого и помойте. А девке помещение закрытое предоставьте и воду. Надеюсь, вера им мыться не запрещает? А это тебе за хлопоты.
Протянул рубль. Много? Возможно, но мне проще заплатить за решение возникшей проблемы, чем самому её решать. Особенно, когда не имею ни малейшего понятия, каким образом вообще её можно решить.
— Нет, не запрещает. Вроде бы, — пожал плечами унтер, с достоинством принял рубль. Глаза довольно блеснули. — Сделаем, не извольте беспокоиться. Есть у меня тут одна знакомая семья неподалёку, так я и пацана, и девчонку к ним отведу.
Ах ты, жучара! А сразу не мог отвести? Рублишко ждал? И ведь ничего с ним не поделать, не самому же девчонкой заниматься? Вот не было заботы и вдруг подвалило. И Изотов куда-то запропастился. Так бы можно на него решение этой проблемы спихнуть. А почему можно? Нужно! Государь ему поручил за порядком приглядывать, вот и пусть старается.
Махнул рукой, отпустил казака:
— Хорошо, ступай.
— Постой, — передумал и остановил унтера на выходе. — Если запротивится у твоих знакомцев мыться, то скажи, мол, князь гневаться будет. На рынок сразу отправит и продаст. Одну, без брата.
— Сделаю, — усмехнулся служивый. Подбросил рублишко в воздух, ловко подхватил его и спрятал в карман. — Ох, и хитро́ вы придумали, вашбродь.
Миг, и казака след простыл, только полог всё ещё немного колыхался. Потянулся к кувшину, что-то жажда навалилась. Это от нервов, точно знаю. Чем больше нервничаю, тем больше есть хочется. Или пить…
