— Как ты приняла то, что Скотт — оборотень? — Анна все-таки посмотрела ей в глаза. Нет, она не собиралась отворачиваться от Лексы, но все-таки, это что-то меняет.
— Значит, я была права. Это было сложно. Но знаешь, он мой сын. И каким бы он ни был, он останется моим сыном, моей плотью и кровью. Я не позволю чему-то стать между нами. Он, как и Лекса, не хотел становиться оборотнем. Но я люблю его и таким. Кем бы он не был.
— Я тоже люблю Лексу. Но почему она не сказала сразу? Я бы приняла, — Анна опустила взгляд вниз.
— Я знаю, — черт бы побрал эту ее нежную улыбку, не давай ей ложных надежд. Анне от этих улыбок хотелось выть. Блядь, вот, она стоит рядом, но такая далекая, все равно любимая. — Я бы на ее месте тоже не могла бы рассказать, как бы не доверяла кому-то. Лекса боится, если это слово вообще может как-то ассоциироваться с ней. Ей страшно потерять тебя. Вам просто нужно поговорить, она чувствует, что вы отдалились друг от друга.
— Давно в психологах прописалась? — Анна улыбнулась.
Черт, как всегда она читает Анну, словно раскрытую книгу. Как и тогда. Но невыносимо больно от того, что все то, что они пережили вместе, осталось позади. Господи, как же иногда хотелось изобрести машину времени и вернуться в прошлое, чтобы все исправить! Не позволить Рафаэлю вставить палки им в колеса! Они бы были вместе. Но так как она забеременела от него, им пришлось расстаться на долгие семнадцать лет. А сейчас они снова оказались в одной упряжке. В родном Бикон-Хиллз. Но Анна рада этому. Пусть они и не вместе, но это лучше, чем ничего.
— Подожди, — вдруг та задержала ее за руку, от чего Анна вздрогнула. — Скажи, Луна...
— Да. Она наша дочь, Мел, — Анна легко улыбнулась ей. Да, им обеим сказали, что она умерла сразу после рождения. Но вот как все обернулось. Но Анна не жалеет. Наоборот, она даже рада этому. Но стукнуть, желательно чем-то тяжелым, этих подкупных недо-врачей все равно хотелось. — Скажу честно, она больше похожа на тебя, — Анна шутливо нахохлилась.
МакКолл улыбнулась. Так... беззащитно, мягко, что аж сразу Анне захотелось затискать Мелиссу до смерти. А Анна знает, что МакКолл-старшая просто обожает обниматься. И та абсолютно не против была бы, скорее всего. Но что-то ее остановило. Та пропасть в семнадцать лет? Возможно.
Анна чуть завыла после того, как губы женщины мягко приложились к ее щеке. Черт... и вот как, скажите мне, можно понимать этот жест? Анна совсем запуталась. То МакКолл холоднее льда, то сама ластится словно большая черная кошка.
Блядь, эта женщина столь же непредсказуема, как море перед штормом. Не поймешь, будет ли шторм или по прежнему будет штиль... Хрен поймешь этих женщин, вот! Анна в очередной раз запуталась. В себе, в Мелиссе, вообще во всем! Голова была словно чугунная.
— Не знаю, как ты, но я скучала по тебе. Очень сильно. Но нам нужно время, понимаешь? Мне казалось, что я могу начать новую жизнь, но это было совершенно не так. И если ты что-то чувствуешь ко мне, может, попробуем еще раз? — МакКолл улыбнулась. И без того взвинченное сердце Анны снова совершило тройное сальто.
— Конечно. Сколько угодно, — Анна мягко высвобождает руку, опасаясь, что еще немного, и она просто набросится на нее. Мелисса едва не задушила ее в своих объятьях в тот момент.
— Господи, я думала, что уже все, — МакКолл отстраняется от Анны, заглядывая в глаза женщины. — А то без тебя я ощущала себя старой уткой!
— Знаешь, я бы не раз поперебирала твои перышки, — Анна улыбается.
— Ты все еще заинтересованна в моих перышках? — МакКолл лукаво улыбается, когда Анна позволяет себе подойти слишком близко. Дыхание Мелиссы щекочет щеку, но Анна все равно скользнула по талии женщины руками, легко прижав к себе абсолютно не сопротивляющуюся Мелиссу. Казалось, та именно это ожидала, судя по игривым огонькам в карих глазах.
— Ага, — бессовестно улыбается Анна. — Мелисса МакКолл, не откажите ли вы мне в возможно наглом предложении вместе провести завтрашний вечер?
— М-да, ты так и не научилась подкатывать! — Анна на слова МакКолл только прищурилась. Как всегда, абсолютно бессовестно и нагло дразнит!!! Но именно за это Анна и полюбила эту женщину. — Хорошо, я согласна. Но для начала поговори со своей дочерью, пока она не окрутила ту милую блондиночку и те не занялись непристойностями.
