— Все благодаря вашему чудесному крему, — кокетливо потупилась Фонтель. Пятна у нее на лице действительно побледнели, кожа казалась более гладкой, исчезла нездоровая желтизна… Но самое главное — Фонтель больше не выглядела замученной. Исчезли темные круги под глазами, разгладились вечные трагические морщинки на лбу, замерцали кокетливые искры в глазах. — Знаете, когда я увидела, как эти ужасные пятна светлеют… Это было невероятное ощущение. Как будто я всю жизнь тащила на себе груз, а теперь наконец-то начала выбрасывать кирпичи из корзины.
— Но выбросили еще не все? — улыбнулась Тео.
— Парочка еще осталась. Но они тоже скоро отправятся на обочину, — отломив вилкой кусочек лимонного тарта, Фонтель положила его в рот и счастливо зажмурилась. — Позвольте мне угостить вас пирожным. Тут просто невероятная выпечка. Вы обязательно должны попробовать. Господин Менендес! Будьте так добры!
Высокий дородный владелец кофейни вышел из-за прилавка, оглаживая чернющие с проседью усы.
— Чего изволите, госпожа Фонтель?
— Что-нибудь очень вкусное. Что бы вы предложили женщине, которую хотите поразить, господин Менендес?
— О… — под черными усами блеснули крепкие белые зубы. — Для прекрасной дамы — только самые сладкие десерты, — Менендес склонился к Фонтель чуть ниже, чем было нужно. И задержался в этой позе чуть дольше. — Я рекомендовал бы вам «Пьянящее наслаждение». Шоколадный бисквит, карамельный мусс, томленная в ликере груша и фисташки.
— Пьянящее наслаждение? — томно взмахнула короткими, но густыми ресницами Фонтель. — Надеюсь, все именно так вкусно, как вы обещаете.
— Я никогда не нарушаю обещаний, которые даю даме, — склонив голову набок, Менендес окинул Лилию Фонтель длинным, тягучим, как мед, взглядом. — Итак, два наслаждения? Пару минут, госпожа Фонтель!
Менендес не соврал. Он действительно появился через пару минут — и поставил на стол две тарелки с пирожными. Томленая груша просвечивала на солнце золотым медовым светом.
— А это — подарок от заведения, — Менедес снял с подноса розетки с мороженым. Нежнейшее джелато со свежим манго и апельсиновым топпингом. Я позволил себе добавить в топпинг немного коньяка.
— Боитесь, что грушевое наслаждение недостаточно нас опьянит?
— Всегда лучше подстраховаться, госпожа Фонтель, — ухмыльнулся владелец кофейни.
— Что это было? — склонилась через столик Теодора, как только Менендес вернулся за стойку.
— Где? — неубедительно удивилась Фонтель.
— Вот это. Не притворяйтесь — я все видела!
— Да что вы видели? Я просто сделала заказ!
— Вот как. И вам просто порекомендовали «Пьянящее наслаждение».
— Не моя вина, что у этих пирожных такое глупое название.
— И не ваша вина, что нам принесли еще и бесплатное мороженое.
— Господин Менендес всегда заботится о своих клиентах!
— И о клиентках.
— Госпожа Фонтель…
— Лилия, дорогая, вы вскружили этому Менендесу голову!
— Ну что вы такое говорите… — Фонтель осуждающе нахмурилась, но глаза у нее искрились бенгальскими огнями. — Это всего лишь мороженое.
И быстрым движением погладила щеку, на которой едва просматривались выцветшие до желтизны пигментные пятна.
— Вы принесли отворотное зелье? — внезапно сменила тему Фонтель — словно это поглаживание каким-то образом напомнило ей о предмете встречи.
— Конечно. Вот оно.
Тео выставила на стол прямоугольный флакончик с темно-синей вязкой жидкостью.
— Капните три капли в кофе, в вино или в любой другой темный напиток и угостите сегодня вечером супруга. Если зелье сработает как надо, через несколько дней от приворота не останется и следа.
Зажав двумя пальцами бутылочку, Фонтель задумчиво покачала ее, наблюдая, как плещется в стены крохотная синяя волна.
— Три капли… И любовь растает. Ну надо же, как все просто, — криво улыбнувшись, она убрала отворотное зелье в сумочку. — Если бы так же просто можно было вызвать любовь, наш мир был бы намного лучше.
— Знаете, дорогая моя Лилия… — Тео покосилась на задумчиво подпирающего стойку Менендеса. — По-моему, с возникновением симпатии все и так достаточно просто. Единственная сложность тут — это не упустить шанс.
Встреча с Фонтель должна был занять полчаса, не больше. Но когда Тео возвращалась домой, небо уже окрасилось в серовато-синие вечерние тона, а в окнах зажглись первые огни. Удивительно, но Том уже был дома. Он сидел на веранде, задрав ноги на перила, и что-то читал, время от времени таская из тарелки печенье.
— Как прошел день?
Вздрогнув, Том с грохотом уронил ноги, вскочил со стула и, судя по кашлю, подавился печеньем.
— Хорошо, кхе-кхе, спасибо, я… мы… кхе-кхе, ну, мы… кхе-кхе, гуляли…
— Очень мило. Твоя блондинка… эта, как ее…
— Рене.
— Да, конечно. Рене. Прошу прощения. Рене рассказывала что-нибудь интересное?
— Ну… нет. Просто ходили. Болтали. Рене мне парк показала — там сейчас розы цветут.
— Замечательно, — вежливо одобрила Тео. — Я рада, что ты хорошо провел время. Садись, как сидел, отдыхай, я не буду мешать.
— Госпожа Теодора!
Отпустив ручку двери, Тео повернулась к Тому.
— Да?
— Я тут… я вас ждал. По делу.
