— Вот, — сказала Небоглазка, — видите глазами, сколько у него нежности? Видите глазами, какой он добрый?
— Да, — ответила я.
— Да. Он ничего плохого не сделает.
Январь выругался одними губами.
Мыш следит за нами из темного угла. Пискля лазает у него между пальцев.
Вскоре Дедуля поднялся из-за стола. Скинул куртку.
— Повернитесь назад, — говорит Небоглазка.
Мы отвернулись. Было слышно, как Дедуля раздевается. Когда мы снова повернулись, на нем были только черные шорты до колен. Кожа голубовато-серая, с въевшимися черными полосками грязи. На волосатой груди татуировка — якорь. Ноги худые, живот пузырем, но руки и плечи мускулистые. Он подошел к двери и натянул огромные высокие сапоги. Потом нагнулся поцеловать Небоглазку, его волосы и борода закрыли ее бледное светящееся личико. Он подхватил ведро и лопату и шагнул в сгущающиеся сумерки.
— За сокровищами пошел. — Глаза Небоглазки расширились от восторга. — Может быть, сегодня будет та лунная ночь, когда сокровища Небоглазки бум — и в ведро!
— Можно нам с ним? — спросила я.
Она улыбнулась:
— Ну конечно, Эрин! Конечно-конечно можно. Пойдем, Янви Карр. Пойдем, Мыш и Пискля. Пойдемте видеть глазами, как Дедуля копает сокровища в лунную ночь.
В небе над складами просверки. Мы спотыкались на рытвинах, обдирали костяшки пальцев о камень. Небоглазка легко шла впереди, ее белесые волосы развевались от быстрой ходьбы. Вдали чернелся силуэт Дедули, он шел в сторону реки. Ближе к воде нам открылся светящийся небосклон над городом. Сотни маленьких огоньков обвели контур моста. Колокольни и многоэтажные дома четко вырисовывались на фоне неба. Река блестела в лунном свете, словно отполированный металл. С Нортонской набережной доносился отдаленный шум. Дедуля наклонился, развернулся к нам лицом и стал спускаться по дряхлой лестнице. Увидел нас, и глаза блеснули.
— Добрый вечер, Дедуля Охранник! — окликнула его Небоглазка. — Это я и мои друзья: Эрин, Янви и Мыш. Мы ходим дозором, стережем от привидений!
Он приветственно поднял руку и продолжал спускаться.
Мы присели на корточки на краю и стали наблюдать. Он подошел к плоту и осмотрел его. Провел пальцем по красному проклятию. Потом зашагал дальше, мы слышали, как хлюпают и скользят по жиже его сапоги. Начал копать. Лопата за лопатой выворачивал Черную Грязь. Она откликалась громким чавканьем и плеском. Вода стекала с лопаты. Дедуля навалил перед собой кучу ила, опустился на корточки и давай процеживать его сквозь пальцы. Там оказалось много разных вещей. Он поднимал находки к свету луны. Соскребал с них грязь. Некоторые выбрасывал в реку. Другие складывал в ведро. Потом улегся над получившейся ямой и запустил руку вглубь. Рука целиком ушла в Черную Грязь, а он все шарил и шарил. Все новые находки летели частью в реку, частью в ведро. Потом он сбросил кучу ила обратно в яму, взял ведро, перешел на другое место и начал все сначала. Мы лежим на растрескавшемся асфальте, свесив головы с края причала. От Черной Грязи несет нефтью, гнилью и рыбой. Иногда нам в ноздри ударяла страшная вонь, и мы зажимали носы и задерживали дыхание, пока она не рассеивалась. Дедуля копал, переходя с места на место, луна светила на него, и он был похож на какое-то древнее чудовище, борющееся тут за жизнь, на порождение самой Черной Грязи.
Мыш глазел на Дедулю, вытаращив глаза. Потом придвинулся ко мне и сказал тихо:
— Он как я. Он как я, ищет в грязи сокровища.
— Да, — говорю, — он совсем как ты.
— Тут что угодно можно найти. Река приносит всякую всячину. Наверное, есть и такое, чему уже много веков.
Он посмотрел на Небоглазку:
— Можно, я пойду ему помогу?
— Еще бы, Мыш! — откликнулась она. — Дедуля будет так рад, что у него появился помощничек! Конечно иди помоги! Дедуля! — окликнула она. — Мой друг Мыш идет помочь тебе копать сокровища!
Дедуля обернулся, глаза блеснули, он помахал рукой.
Мыш поднес Писклю к лицу:
— Пискля, Мыш пойдет поможет Дедуле искать секреты. Как ты мне помогаешь.
И пересадил Писклю мне в руки:
— Пригляди за ней.
Коготки Пискли заскребли по моей ладони. Когда Мыш ушел, она высунулась из моего неплотно сжатого кулака и пропищала:
— Пи-пи.
Мыш спустился по лестнице. Присел на корточки в Черной Грязи и принялся копать голыми руками.
— А что за сокровища он ищет? — спросила я Небоглазку.
— Сокровища для Небоглазки.
— Хорошо, но какие?
— Он говорит, что в этой Грязи много сокровищ и тайн. Их принесло сюда из дальних-дальних краев. Он говорит, что однажды ночью найдет их и сложит в свое ведро.
Смотрит дальше.
Ян сидит выпрямившись, глядит в сторону моря.
Внизу хлюпанье и плюханье.
— А он что-нибудь из этих сокровищ уже нашел? — спрашиваю.
— Совсем немножко. Он говорит, что отыщет еще, прежде чем станет недвижней недвижного.
— Недвижней недвижного?
— Недвижней недвижного. А еще он говорит, что самое лучшее из лучших сокровищ он уже откопал и что это сокровище — Небоглазка, которую он выкопал когда-то лунной звездной ночью.
Январь презрительно хмыкнул:
— И бросил в корзину, что ли?
— Что ты, Январь Карр! Я слишком большая для корзины. Или ты глазами не видишь?
