Натянув капюшон и спрятав мгновенно окоченевшие руки в карманы черной формы факультета звездокрылов, я отошла от входа и присмотрелась к ближайшей стене. Вдоль скользкой тропы с крутым обрывом виднелись десятки, а может, и сотни проходов, ведущих куда-то в глубь ледника.
Сколько же поколений жителей острова Ио нашло здесь свой последний покой?
– Сюда! – крикнул Дейман.
Он стоял перед огромной статуей Аркитау, спрятанной возле самой дальней стены похоронной пещеры. В отличие от статуи, что мы видели наверху, эта была раза в полтора больше и выглядела… Да откровенно пострадавшей она и выглядела!
Один из ликов Аркитау закоптился, лезвие меча в руках другой фигуры оказалось расколото на множество кусочков, грудой скопившихся у ног статуи. Третьему облику легендарного героя так вообще не повезло лишиться головы.
Быстро ступая по ледяному полу, чтобы хоть немного разогнать кровь и согреться, я обошла статую и обнаружила еще одно существенное отличие от статуи наверху.
– Ребят, смотрите. Здесь какая-то плита с символами и рисунками.
Оба адепта факультета небовзоров подошли, Дейман оттеснил меня в сторону, потер ладонью по плите, счищая изморозь. Вчитался в выдолбленные в камне буквы.
– Это мертвый диалект Ио, – опознал он завитушки и посмотрел на Ронду. – Переведешь?
– Попробую… – Голос Ронды звучал неуверенно. – Честно говоря, сама понимаю фразу через слово. Только если общий смысл…
Я посторонилась, давая девушке возможность лучше разглядеть символы, и спохватилась: где носит Бестию?
– Когда-то севером правила Смерть, – переводила Ронда, в то время как мой взгляд метался по пещере в попытках отыскать черную крылатую проказницу.
Куда? Вот куда могла спрятаться эта неугомонная драконица?
– Смерти было мало места, хотя вот этот символ можно перевести еще и как «мало подданных» или «мало власти»… И тогда Смерть решила поднять изо льдов мертвых…
Меня прошиб холодный пот, а перед глазами словно вспыхнула вычитанная в записях Эрики Магни фраза: «Один из носителей артефакта Войны вступил в битву с носителем артефакта Смерти, чтобы не дать тому поднять из могил армию могучих…»
И пещера с мертвыми, что окружала нас со всех сторон, показалась мне одной большой ловушкой.
Там, в моей комнате, когда Кристен пришел прощаться перед отлетом на Ио, я спросила: «Кристен, это правда? Ты один из Всадников? Ты Война?» Он только грустно улыбнулся и покачал головой. Тогда я подумала, что идеальный северянин Кристен Арктанхау не может сказать правду даже мне. Но что, если он покачал головой, потому что не был Войной? Он был совершенно другим Всадником.
Всадником, чье прошлое воплощение сотворило некронавтов и развязало самую глобальную войну на материке.
Всадником, которого на родине ждала целая армия.
Я почувствовала странную, практически не контролируемую волну паники.
– Нам надо срочно уйти отсюда! – крикнула я ребятам и побежала к выходу.
– Стой! – бросился за мной Дейман. – Что слу…
Окончание его фразы потонуло в звуках быстрых шагов и шорохе распахивающихся дверей.
В зал хлынул поток вооруженных воинов, который быстро распределился по залу, беря нас в кольцо. Последними порог ледяного кладбища пересекли девушка-подросток и мужчина.
– И что тут у нас? – Высокий голосок Бекки, сестрички Кристена, отразился от стен звонким эхом.
Мужчина, что шел с ней, примерз к полу. Его взгляд скользнул по Дейману, бледной Ронде, замер на мне, отчего я испуганно вздрогнула и попятилась к адептам факультета небовзоров.
– Адепты! – рявкнул очень злой и крайне недовольный нашей встречей господин Бушующий.
И вот не знаю, что на нас нашло, но Ронда вдруг испуганно крикнула:
– Бежим!
И мы рванули врассыпную.
Это был тот момент, когда адепты академии З.А.В.Р. могут заслуженно гордиться своими навыками и громко благодарить учителей за многочасовые тренировки, а еще творить настоящие чудеса.
Дейман продемонстрировал чудеса ловкости, сумев рухнуть на колени, уходя от удара кулаком, и проскользить мимо опешившего северянина.
Ронда проявила чудеса везения, умудрившись не только уклониться от бросившегося ей наперехват рослого воина, но и случайно уронить парня на лед под ногами.
И только я показала чудеса бестолковости, зачем-то кинувшись к статуе Аркитау.
Чем я руководствовалась, выбрав столь сомнительный путь бегства? Не скажу даже под пытками.
Адепты факультета небовзоров метались по пещере, пыхтя и отбиваясь от воинов, я же, подстегнутая паникой, которая, как известно, не самый здравый советчик, бестолково двигала руками и ногами, взбираясь повыше.
И все это под громкие и крайне язвительные комментарии господина Бушующего:
