Эстер и Каролина остались дома, чтобы приготовить праздничный ужин к их возвращению. Им помогали мать Райвена и две его младших сестры, которые на несколько дней переселились в поместье, как только узнали о предстоящей свадьбе.
Всю неделю в доме царил настоящий бедлам. Свекровь пыталась учить Лотту уму-разуму, сменив гнев на милость и демонстрируя всем своё искреннее желание помочь бедной сиротке освоиться в роли хорошей жены. Приходилось терпеливо сносить все нравоучения, лишь бы сохранить мир в семье.
Вирена и Давид целыми днями прятались ото всех в глубине сада, проявляя все признаки влюблённости, что на самом деле не могло не радовать. Появилась надежда, что у этого союза всё же есть будущее. Люди, способные ежедневно выносить общество друг друга довольно продолжительное время, имеют все шансы прожить вместе долгую и счастливую жизнь.
Младшие сестрички доставали Каролину просьбами сшить им такие же красивые платья, как Вирене, ведь на свадьбу приедут друзья Райвена, и надо произвести на них неизгладимое впечатление. Девушкам не терпелось поскорее выйти замуж и вырваться из-под материнской опеки. После нескольких дней наставлений Лотта их очень хорошо понимала и даже согласилась помочь с пошивом платьев.
Эстер тоже досталась порция нравоучений от матушки Райвена, которая теперь мнила себя ни много, ни мало – хозяйкой поместья. Кажется, она даже вознамерилась покинуть свой любимый Сангроссо, чтобы нянчить будущих внуков. Лотта с ужасом представляла их совместную жизнь под одной крышей и уже продумывала варианты решения наметившейся проблемы.
И вот предсвадебная суматоха и волнения остались позади, настал тот самый решающий день, которого все ждали. Райвен с Лоттой и Давид с Виреной с удобством разместились в наёмном экипаже, а кресло-каталку закрепили на месте багажа. Разговаривать не хотелось. За прошедшую неделю они успели обсудить всё, что их ожидает, не один раз, а потому ехали молча, каждый думая о своём.
Лотта даже немного взгрустнула, вспоминая свою свадьбу, состоявшуюся без её личного присутствия. И пусть теперь она с полной уверенностью может назвать себя счастливейшей женщиной на свете, но в душе притаилась обида на тех, кто лишил её праздника. Райвена, она разумеется ни в чём не винила. По её мнению, виноваты были местные законы и бездушные чиновники.
Муж однажды поведал ей о том, каким образом они стали мужем и женой.
Случись эта история с кем-то другим, Лотта от души посмеялась бы над незадачливым загонщиком, угодившим в брачные сети под влиянием горячительных напитков. Над собой же смеяться почему-то совсем не хотелось. История не знает сослагательного наклонения, и Лотта упорно гнала от себя пугающие мысли, но они возвращались с завидным постоянством. Что было бы с ними, не напейся Райвен в ту ночь? Как сложилась бы их жизнь, не прояви он благородного намерения жениться на сироте из приюта?
Райвену тоже было о чём подумать. Над ним нависла угроза потери не только поместья, но и свободы, если Тиане удастся подкупом или хитростью убедить судей в своей правоте. Да и за Вирену было неспокойно. Давид не тот человек, которому можно доверить сестру с лёгким сердцем. Он и себя то не смог уберечь от напасти. Едва не лишился всего: поместья, денег, самой жизни. Вряд ли ему под силу взять на себя заботу о жене и ребёнке. Но может быть, прошедший год не прошёл для него даром и какие-то выводы Давид для себя сделал?
Вирена же витала в облаках от счастья. Лотта даже слегка позавидовала её простодушной наивности. Как у неё всё просто. Погоревала недельку другую об утраченной любви и снова готова верить ласковым взглядам и красивым словам. Ничему эту дурёху жизнь не научила. А может быть это и хорошо, что Вирене удалось сохранить в себе эту наивную веру в то, что всё будет хорошо, потому что иначе и быть не может.
Лотта покосилась на Райвена, какое-то время полюбовалась его мужественным профилем, а потом сделала для себя неутешительные выводы – пока у женщины имеется вот такая надёжная стена, за которой можно укрыться от всех невзгод, она так и останется нежной трепетной фиалкой, во всём полагающейся на умного и сильного мужчину. Она и сама могла стать такой, если бы в восемнадцать ей встретился надёжный человек, а не тот, чьё имя даже не хочется вспоминать. Всё-таки повезло Вирене с братом, а теперь и с Давидом. Что бы Райвен не думал, Лотта была уверена, что из этих двоих получится прекрасная пара.
