Нечаянные откровения полностью

И с какой-то оторопью узнаёшь, что где-то, даже в глубинке, творятся чудеса – точно те же, что и в столицах (как видно, не без помощи телевидения).

Вот что написал Андрей Попов – поэт из Республики Коми.

До чего же ясно вижу я такую картину…

В свободные часы съезжается тёплая компания, встречаются закадычные друзья, творческие натуры – собираются на совместную пирушку. Люди раскованные, обладающие юмором, за словом в карман не лезущие, они радуются встрече, открывшейся возможности – как у них принято говорить – постебаться. От общения друг с другом они с удовольствием расковываются, раскрываются «шлюзы души», обнажая целые кладези накопленного за дни жизни. За общим столом идут весёлые разговоры, не обходится и без анекдотов, отпускаются шутки не без стремления переплюнуть друг друга, возникает и серьёзная тема – Отечественная война. При всём том о реалиях военного лихолетья их представления вполне обывательские – просто в силу их возраста, поскольку принадлежат все они поколению «бэби-бумеров», то есть родившихся уже после войны и знающих о ней из прочитанного да из рассказов участников. Так что у всех у них свои образы минувшей войны.

Тут кого-то осеняет идея: во всех их разговорах просматривается кое-какой сюжет – из этого может получиться неплохой сценарий кинофильма!

И вот, спустя время, перекочёвывают на экран прекрасно отснятые продукты весёлого стёба, который волшебное искусство кино преподносит как нечто, как бы имевшее место быть – так появляются этакие «находки», например: ужасная плавучая мина… спасающая жизнь девушке; ухоженная ручная мышка – забава немецкого снайпера; авиабомба …повисшая на люстре; немецкая голая задница, высунутая из… летящего истребителя; советская санитарка, устроившая стриптиз на поле брани… и прочие нелепые, довольно пошлые, выдумки.

Может ли тут несчастный зритель хоть отдалённо уловить во всём этом хотя бы крупицу прошлого – отголосок действительных событий?

Вопрос риторический.

Наивные изобретатели подобных химер, как видно, предлагают нам, смеясь, расставаться с прошлым – даже таким трагическим. Но – как было уже однажды сказано – расставание с будущим сулит их неумное и примитивное веселье.

Прослышав о новом кинофильме – по старой, неизжитой ещё, привычке, – с какой-то надеждой готовишься к просмотру, уговариваешь себя, что вот, быть может, сейчас встретишься с чем-то настоящим, достойным по замыслу и исполнению. Ведь земля наша всегда была богата талантами. Но тут вмешивается ехидный внутренний голос, задающий вопрос: как же так случилось, что от советских времён осталось множество шедевров, а теперь что-то не видать ни шедевров, ни талантов – куда они подевались?

Тут вспомнилась мне чья-то шутка, прочитанная в интернете: мол, хорошие фильмы вроде «Белорусского вокзала» появлялись потому лишь, что снимались режиссёром в соавторстве с… цензурой.

А нынче пресловутые сериалы пекутся у нас, как блины. Из чего угодно и как угодно – без оглядки. И несчастный зритель, узрев убойные кадры рекламного ролика – этакую умело подготовленную наживку – попадается, как плотва на крючок.

Вот и я попался.

Уяснив, что «Дом фарфора» посвящён годам семидесятым, решил полюбопытствовать, как расскажут мне о том, что я не понаслышке знаю. И сник уже к концу первой серии. Смотреть невозможно. Полный беспредел, бессовестный бред, бред в квадрате! Кинодейство о противостоянии КГБ и МВД в последние годы правления Брежнева переполнено такой кучей откровенного низкопробного вымысла, просто вранья, что берёт оторопь – как такое вообще возможно? Показана не Москва семидесятых, а ни дать ни взять Порт-о-Пренс времён Папы Дока!