Хотя сама Манаслу выглядела безмятежной, похожий на акулий плавник пик напоминал об опасности. Сесили подумала об Алене, о том, что ему не суждено совершить это путешествие. Она надеялась, что он упокоился с миром.
Сесили охватили страх, тревога, а после этого — своего рода спокойное смирение. Все это заставило ее задуматься о том, зачем она здесь —
Пуджа вычищала из нее остатки этой злости.
Она с радостью отказывалась от нее и тем самым совершала подношение горе.
«Полагайся только на себя, Сеси». Таков был совет най-най. Сесили знала, что должна следовать ему. А для этого надо было избавиться от подпорок.
Впредь каждый шаг она будет делать для себя и только для себя. Чтобы доказать себе: она не неудачница. И все, через что она прошла, станет вкладом в то мгновение, когда она достигнет вершины и найдет свой выход из той глубокой пропасти сомнения, в которой находится.
По сигналу Дуга Сесили проползла вперед и взяла свой ледоруб, лежавший рядом с «кошками» Элиз, ботинками Зака и камерой Гранта. Она очень надеялась, что благословение лам станет еще одним уровнем защиты.
Вскоре Галден и Фемба подняли над костром шест. К нему были привязаны длинные веревки с молитвенными флагами: ярко-синие символизировали небо, белые — воздух, красные — огонь, зеленые — воду, а желтые — землю. Ветер подхватил флаги, и они затрепетали под пьянящее сочетание песнопений.
Затем спокойствие сменилось ликованием. Шерпы подхватили маленькие горшочки с цампой[43], стоящие перед алтарем, и принялись мазать друг другу лоб, а потом переместились к альпинистам.
— Зачем это? — спросила Сесили у Галдена, который рисовал полосы у нее на щеках.
— Пожелание, чтобы ты жила до тех пор, пока твоя борода не поседеет! — со смехом ответил он.
— Тогда стоит посыпать немного и на волосы. — Она наклонила голову. Галден выполнил ее просьбу.
Один из лам повязал себе на запястье ярко-желтую нитку — сунгди, или защитную нить. Мингма передал Сесили миску с рисом, и она, взяв щепотку, подбросила его в воздух. Атмосфера вокруг была радостной, всех охватило возбуждение перед предстоящим восхождением. Вскоре по кругу пошли стопки с виски. Сесили на долю секунды испугалась опьянения на высоте, а потом решительно опрокинула в себя спиртное. Она здесь для того, чтобы поделиться опытом, полученным в горной экспедиции. Она должна все испытать на себе.
Все переместились от алтаря к лагерям. Из кухонной палатки появились новые порции выпивки. Фемба принес большой динамик и установил его в центре круга, ограниченного стульями. Над мореной разнеслась непальская музыка, и Фемба первым начал танцевать. К нему присоединилась Элиз. Сесили и остальные образовали круг, выпивая и раскачиваясь в такт.
Галден взял Сесили за руку и вытащил ее в центр, показав ей и Элиз несколько танцевальных движений, которые соответствовали песням — сказаниям о неразделенной любви, основной теме музыкального сопровождения в непальских фильмах. Они напомнили музыку Болливуда — такой же зажигательный ритм и экспрессивная хореография. Даже Тенцинг, старший из шерпов, не удержался и принялся танцевать, размахивая поднятыми к небу руками. Непальские мелодии перемежались с западными, лишь бы ритм был зажигательным. Алкоголь быстро разошелся по телу Сесили, ее улыбка стала шире. Она чувствовала себя так же, как и во время праздника пуджи, когда поднялась до запредельных высот, только сейчас освобождение было иного рода.
Из кухни, где властвовал Дава, появились блюда с едой: момо, маленькими жареными колбасками, кубиками вяленого мяса и различными сырами. Все это дополнялось упаковками с чипсами и шоколадными батончиками. Вся еда, отличавшаяся высоким содержанием жиров и углеводов, была вкуснейшим топливом, которое понадобится им в ближайшие недели.
Поснимав для семьи Зака, изображавшего из себя неловкого танцора, Сесили подняла вверх руки и, отдавшись во власть музыки, раскачивалась и двигалась в такт; на ее лице сияла улыбка.
— Тут кое-кто нашел себе подругу. — Зак кивком указал на Гранта.
Сесили передвинулась так, чтобы можно было одновременно танцевать и наблюдать за ним. Грант обнимал за плечи Ирину. Он не терял время попусту.
— Похоже, сегодня ему захочется разделить палатку не со мной, а кое с кем еще…
Сесили расхохоталась.
