– Как я могу осуществлять вашу охрану, если ничего не знаю о вас? Я знаю все, что возможно узнать. Полковник Хеверад не был в сфере наших интересов, так как находился на окраине империи и был занят воинской службой – так все думали. И я. Когда он занялся политикой – я разузнал, и был поражен размахом его деятельности. Этот человек гений. Гений предпринимательства.
– Может все-таки с ним стоит договориться? – задумчиво протянул Гирсос, поглядывая через окно в дворцовый сад, где на травке валялись десятка два наемников – прямо на драгоценных цветах, вывезенных с южного материка.
Дворец славился редкими растениями, которым теперь приходил конец. Весь сад был загажен солдатами, справлявшими нужду где придется. Со всех углов воняло мочой, испражнениями, дворец быстро превращался в подобие помойки и сортира одновременно.
– Да не выйдет с ним договориться, я же вам сказал! – слегка раздраженно ответил Жордар, которому хотелось врезать по глупой и хитрой башке Амунского – мне точно смерть, а в вас сидит демон, не забыли? Его нужно изгонять, и лучше всего огнем костра.
– Что, так и говорили? – неприятно удивился вельможа.
– Так и говорили – «Сжечь эту тварь, этого предателя на медленном огне!» – с наслаждением информировал Жордар, с удовольствием наблюдая, как лицо вельможи стало бледным, и левая рука слегка задрожала.
– Ну что же, значит будем драться. Известий от союзников не было? – на удивление твердым голосом спросил Гирсос, и Жордар был слегка разочарован. Он не думал, что вельможа так легко успокоится. Жордар не любил ошибаться в своих ожиданиях.
– Есть. Идет пятитысячный отряд вашего брата, и шеститысячный – отца его жены. Но этого мало. У Хеверада…
– Да, да, знаю! – перебил Амунский Но с ними уже семнадцать тысяч!
– Не забывайте, что им еще нужно войти в город – пожал плечами Жордар – а это ох, как не просто! Вы что думаете, Хеверад будет смотреть, как они входят на улицы столицы? А взять город они такими силами не смогут.
– И что предлагаешь? Других-то нет! – Амунский страдальчески скривил рот – кто-нибудь еще откликнулся?
– Пока нет – угрюмо ответил советник, он же начальник охраны, он же глава нового Испаса Великий Атрок Жордар.
– Как думаешь, что они сейчас делают? Ну те, во дворце? – неожиданно спросил Харалд, меланхолично полируя свой и так блестящий меч. Он сидел перед окном в библиотеке и смотрел, как Нед роется в свитках и книгах.
– Что делают? – рассеянно ответил Нед – что делают, что делают…ну что за демонство! Столько книг, и никакой классификации – где по магии, где по законам – ничего не найдешь!
– Книгочей! – обвиняющее сказал Харалд и сбросил ноги с подоконника, затем вложил меч в ножны – пошли, там пир начался, я жрать хочу. Я понимаю, что тебе неприятно смотреть на свою жену рядом с Хеверадом, но жрать-то хочется! Или ты тут останешься?
– Останусь – коротко и хмуро сказал Нед – потом поем. Я не очень голоден.
– Как знаешь. Только на вопрос-то ответь…
– Я тебе что, провидец?! Я что, сквозь стены смотрю на расстояние два ли? Я что тебе…
– Все, все – вижу, что ты не в духе и сваливаю – Харалд примиряющее поднял руки и чуть не галопом выскочил в дверь, а Нед остался стоять, переводя дух. В висках у него стучала кровь, а во рту чувствовался привкус железа – он прокусил себе губу. Пошел к двери, запер ее на ключ.
Усевшись на диван, Нед раскинул руки в стороны и закрыл глаза, пытаясь отрешиться от действительности и успокоиться. Незаметно, его попытка удалась, и он погрузился в глубокий сон – ночью они с Сандой почти не спали, и все это, вкупе с нервным напряжением, подействовало, как мощное сонное зелье. Нед свалился на диван и засопел, присвистывая носом и вздрагивая во сне, как собака.
Что ему снилось – он не запомнил. Очнулся лишь от того, что чья-то рука погладила его по щеке, потом губы прижались к его губам, Нед встрепенулся, вскочил…но в комнате уже никого не было, и только тянуло сквознячком из полуоткрытой двери.
Нед недовольно помотал головой – Санда сбежала из-за пиршественного стола! Скандал! Впрочем – какой скандал? В туалет-то ей надо ходить, не описаться же при всей публике. Видать забежала к нему, и удрала, решив, что он постарается задержать как можно дольше. Глупенькая!
Нед улыбнулся, пошел к двери и запер ее на засов. Вернулся к дивану, сбросил сапоги и плюхнувшись навзничь снова провалился в сон.
Бах! Бах! Бах! – сквозь сон донесся стук, он был назойлив, громок, бил прямо в голову и Нед недовольно поднялся, поняв, что это не сон, а какой-то осел сносит дверь с петель.
