Миротворцев рассадили по грузовикам, а сверхлюдей как особо важных персон решили перевозить в автомобилях по три человека, не считая водителя и двух охранников. От Дамистора до Калипса был не один десяток километров, и такая долгая поездка в душной машине под палящим меванским солнцем далась команде нелегко. Других людей на дорогах почти не было. Навстречу конвою проехало всего пара машин, покидающих ближайшие деревни. Команда проехала мимо этих деревень, и если в первой еще было видно какое-то движение и промелькнуло пару ее жителей, то вторая была уже совершенно пуста. По мере приближения к Калипсу солнечный свет становился все тусклее, а небо все темнее. «С одной стороны хорошо, ведь солнце больше не слепит так сильно, – подумал Дональд. – Но с другой стороны, это ведь не тучи, а вулканический пепел…». В этом момент машины как раз проезжали мимо приветственного знака, который обычно ставиться на въездах в города. На нем было написано «Добро пожаловать в КАЛИПС», и все бы ничего, но из-за подписей, сделанных от руки явно кем-то из бывших жителей Калипса, отныне на нем красовалась надпись «Добро пожаловать в апоКАЛИПСис», что достаточно точно охарактеризовывало будущее нахождение команды в этом городе.
Тихо шипящее радио и постоянная тряска не дали даже глаза сомкнуть, не говоря уже о том, чтобы вздремнуть по дороге. Но вот, через полтора часа вдалеке показалось поле с еле заметными крошечными строениями. «Наверное, мы уже близко» – подумал Дональд, приняв эти строения за дома Калипса, но чем ближе он подъезжал, тем больше начинал сомневаться, ведь это больше походило на палаточный лагерь.
– Что это вдалеке? – спросил Дональд у Ариума. – Не похоже на город.
– Это наш временный лагерь, – ответил Ариум, – Он находится на одном берегу реки, а Калипс – на другом, примерно в километре от нас. Рядом с этим лагерем есть мост, по нему мы позже и попадем в город.
Машины остановились. Это действительно был лагерь примерно сто метров в длину, состоящий из палаток и сколоченных на скорую руку деревянных казарм, окруженных сетчатым забором. Самое большое здание стояло в центре. Это было что-то вроде пластиковой конструкции, состоящей из нескольких модулей. Машины проехали через шлагбаум, документы были проверены. Можно было, наконец, покинуть эту душную технику и нормально вдохнуть. Дональд одним из первых выскочил из машины и был удивлен, ведь на улице оказалось светлее, чем ожидалось.
– Назовите свое имя, пожалуйста, – сказал внезапно появившийся солдат.
– Батлер. Дональд Батлер.
– Распишитесь вот здесь, чтобы подтвердить ваш приезд.
Пока Дональд расписывался из машины вышли Ариум и Сергей.
– Пройдите вон в ту палатку для ожидания, – сказал солдат и указал на колышущийся от ветра навес из ткани белого цвета всего с одной стеной. – Здравия желаю, сержант Ариум, распишитесь здесь и проходите.
Дональд сел на скамейку, стоящую под навесом.
– Сейчас всех проверят, нам выдадут наши вещи, и мы пойдем заселяться, – сказал Ариум.
Неизвестно было, сколько еще ждать этого заселения, поэтому Дональд решил немного отдохнуть. Он протер скамейку от пыли, лег на нее и, скрестив руки на животе, устроился поудобнее и закрыл глаза.
Вечер того же дня. Пригород Санкт-Петербурга. Тихая улица с частными одноэтажными домами, уже стемнело. Из дома вышел большой кудрявый человек с бородой. Он направился в сторону баков, чтобы выбросить мусор. Вокруг было настолько тихо, что самое громкое в округе – это шелест листьев на ветру. Мусорные баки стояли на противоположной стороне улицы и как только человек подошел к ним и выбросил мешок, у машины, стоящей неподалеку, зажглись фары. Человек не то чтобы испугался, но все равно слегка дернулся и с недовольным лицом посмотрел на машину. Из нее вышел человек, а вернее темный силуэт, чье лицо было не видно из-за света фар.
– Вы знаете Ярослава Коломова? – спросил силуэт.
– А кто его спрашивает? – крикнул в ответ человек с бородой.
– Это я.
– Кто я-то? А ну, покажись.
Темный силуэт вышел из-за света фар. Им оказался Владимир Суровый – все тот же лысый мужчина в капюшоне, навещавший Святогора днем ранее.
– Ну здравствуй, Ярик.
– Ты кто такой?
– А ты изменился… Изменился настолько, что уже не помнишь своих учителей, – сказал Владимир и снял капюшон. – Да, Ярик?
– Владимир Геннадьевич? Это вы? – тихо спросил человек, пытаясь рассмотреть лицо собеседника.
– Вот ты и дождался своего часа. Давай, у меня есть для тебя работа.
– А почему вы… Почему вы не состарились? Тридцать лет прошло, это че такое?
– Я могу все объяснить. Запустишь на чай?
– Да-да, идем. Ну вы, конечно, вообще… А где вы были все это время? А как там Иван Всеволодович поживает? А почему…?
– Я все расскажу, только дай мне передохнуть с дороги. Знал бы ты, как тяжело тебя найти.
– Есть такое. Просто гостей не очень люблю.
– Оно и видно… А твои друзья с шиномонтажки так, вообще, партизаны какие-то в натуре. Слова из них не добьешься. Пришлось им пару синяков оставить, но ты потом объяснишь им, мол сами были неправы, ладно?
– Ла-а-адно… Все будет. Так что там за работа?
