– Явился спаситель, – услышал Ванька трескучий голос за спиной. – Ты нашу Варьку не трогай, ей другая судьба предназначена.
Иван обернулся на голос и увидел горбатую старушку, стоящую у плетня соседней избы.
– Я её проведать пришёл, у неё нога ранена, – ответил опешивший Иван.
– Нога заживает помаленьку, – сказала показавшаяся из-за калитки Варвара.
Ванька застыл в онемении, разглядывая девушку с длинными пшеничными волосами, пронзительными зелёными глазами на нежно-розовом лице, и сразу забыл все заготовленные для этой встречи витиеватые фразы. Простая холщовая рубаха цвета соломы покрывала стройную фигуру, обнажая красивые руки и узкую полоску шеи.
– Спасибо, что спас меня, – прервала неловкое молчание Варвара.
– Да что там, это случайно вышло, думать времени не было, – виновато ответил Иван.
– А если бы подумал, то и спасать не стал? – улыбнулась девушка.
– Варвара, ты на его речи не ведись. Эти столичные, словно коршуны, вьются, добычи ждут, – встряла старуха в разговор.
– С чего это ты бабуля так решила? – обиделся Ванька.
– В столице живут только разбойники на покое, да обслуга ихняя. Хорошим людям туда путь заказан, – с вызовом ответила бабка. – Вот ты сам-то, кто будешь? А отец твой чем промышляет?
– Я…, – Иван запнулся. – Я кузнец, а отец служит в царской охране.
– Что-то ты на кузнеца не похож совсем. Врёт он, Варька, не верь ему. Посмотри на его кафтан, да на руки глянь. Эти руки отродясь молота не видели, – фыркнула старушка.
Ванька нахмурился и посмотрел на Варю, которая стояла, потупив взор. Затем он повернулся к бабке и твёрдо произнёс:
– Могу доказать свою правоту, если на кузницу сопроводите. У вас кузня есть?
– А как же без кузни, конечно имеется, – ехидно ответила старуха. – Пойдём, Варенька, посмотришь на умельца-коваля.
– Да брось ты, баба Лукерья. Я Ивану верю, – запротестовала Варвара.
– Поверишь, когда проверишь, а мы идём на кузню ковать мне новый серп, – ответила бабуля и заковыляла по дорожке к кузнице.
Деревенский кузнец Демид встретил прибывших без особого энтузиазма. Работы было много и уступать наковальню какому-то пареньку, пусть даже и столичному, в его планы не входило, пока Ванька не достал из кармашка золотой, который бросил на верстак со словами:
– Подбрось-ка уголька в горн, да дай мне полоску в пол-локтя длиной и можешь на обед домой прогуляться, пока я тут ковать буду.
Демид повертел в руках монету, попробовал на зуб и молча сделал всё, что просил Иван, а изумлённая Варя восхищённо смотрела на юношу, боясь поверить в то, что он не соврал. Ванька снял кафтан, закатал рукава рубашки и взялся за дело.
Варвара заворожённо наблюдала, как Иван сноровисто, без лишних движений, отковывал пластину железа, периодически разогревая заготовку на огне, и ловила себя на мысли, что ей нравится смотреть на этого парня, укрощавшего огонь и металл. Что-то демоническое было в отблесках огня на его красивом лице, обрамлённом белыми кудрями, и гипнотическое в движении мускулистых рук. Лукерья поначалу пыталась наблюдать за процессом изготовления серпа, но увидев, как проникновенно следит за работой Варя, решила не докучать им своим присутствием. Наконец Иван отложил молот в сторону, опустил серп в воду и повернулся к девушке:
– Редкая удача выпала мне, позволив спасти тебя от свирепого кабана. Поверь, если бы представилась такая возможность, то я каждый день спасал бы тебя от любого зверья и даже от кровожадных разбойников. С момента нашей встречи я непрестанно думаю о том моменте, когда смогу услышать твой чарующий голос и вдохнуть дурманящий запах твоих волос. Ты очаровала меня, как сон, окутав пеленой потаённых надежд. Прошу, не отвергай меня. Позволь хоть иногда быть рядом и наслаждаться твоим присутствием. Не дай мне проснуться.
– Какой ты умный, ты так красиво говоришь! – восторженно воскликнула Варвара.
Иван смущённо потупился, но этот комплимент глубоко запал ему в душу. Никто и никогда так его не хвалил.
– Ты не ответила. Я могу рассчитывать на нашу дружбу?
– Да.
Счастливый Ванька бросился на колени перед Варей и, взяв её руку, припал к ней горячей щекой.
– Ой! Что ты, не надо. Вдруг увидит кто? – отчаянно зашептала девушка.
Войдя в кузницу, Демид придирчиво оглядел серп и произнёс: «Отличная работа. Где учился ковать?»
– Далеко, – расплывчато ответил Иван. – Ты уж заточи сам его, да и ручку приладь, а то бабке Лукерье не терпится его в деле опробовать.
Лукерья, присутствующая при разговоре и внимательно глядевшая на реакцию кузнеца, поддержала Ваньку:
– Да уж, точи острей, а ручку поглаже поставь, чтоб заноз не нахватать, – и, повернувшись к Ивану, добавила. – Руки у тебя золотые и сердце доброе, Ваня.
Что-то вздрогнуло в груди у Ваньки после слов Лукерьи. Он вспомнил сон, где Кощей советовал ему найти хорошего кузнеца с добрым сердцем. «Может мне самому попробовать выковать «брата» моему кинжалу?» – задумался Иван, и лицо его засияло довольной улыбкой.
