Я потерла лоб – желание нырнуть в чашку и утопиться там стало совсем нестерпимым. Вот ведь странность! Когда любишь сам – это одно, но когда любят тебя…
Я замотала головой. Эн, прекрати! Ну какая любовь! Да не может быть!
А если все-таки?..
В госпитале я так закрутилась, что об Арманиусе почти удалось забыть. Мы с Байроном осмотрели нашу подопытную – прогресс у нее был совсем слабый, но он был, и мы пока обходились без регрессов. Контур продолжал нестабильно светиться, слабость у нее была – но и само свечение становилось более ярким и продолжительным, и анализы чуть улучшились, и аппетит усилился, что всегда хорошо.
– Смотрим до среды, – вынесла я вердикт, – как и планировали. Если не будет регресса, я попробую еще кое-что из своих наработок.
Байрон кивнул, поколебался немного, а затем сказал:
– Я слышал, ты была на приеме во дворце? Который в честь Праздника перемены года. Это правда?
В голосе Асириуса звенело такое любопытство, что мне стало смешно.
– Правда.
– Арманиус позвал? – любопытства стало еще больше. – И кстати, говорят, тебя видели вместе с принцем Арчибальдом… Я не понял – все-таки Арманиус или его высочество?
Мне захотелось что-нибудь расколотить. И желательно – о голову Байрона.
– Что – Арманиус или его высочество? – спросила я холодным голосом, похожим на голос императора.
– С кем ты? – продолжал бывший однокурсник. Ну ни стыда ни совести! – С тем или с другим? Сама понимаешь, я слышу сразу два слуха, один – про то, что Арчибальд приходил к тебе в общежитие, другой – про то, что ты была на приеме с Арманиусом. Это странно и противоречиво.
– Тебе-то какая разница? – возмутилась я и по-настоящему обалдела, когда этот… нехороший человек признался:
– Хочу ставку сделать. Я продул – резерв ты ректору не восстановила. Теперь хочу поставить на то, за кого ты выйдешь замуж.
Защитница, помоги мне его не убить.
– Когда мы учились в институте, – сказала я почти нежно, – ты сватал меня Рону. А теперь что же, передумал?
– В институте я был молодой и глупый. А теперь…
– Ты поумнел, ага.
– Нет. Да. Просто понял, что, если бы у вас что-то было с Роном, ты уже давно была бы Эн Янг. Значит, ничего нет.
– Как ты логичен, – съязвила я. – Великий анализатор человеческих отношений. Что касается тотализатора… – Я выдохнула и закончила с истинным удовольствием: – Каждая девушка мечтает выйти замуж за принца, правда же?
Асириус просиял. А я… я почувствовала себя отомщенной.
И за зелье правды в том числе.
Ближе к вечеру, как и обещал император, за Бертом зашел Гектор Дайд, серьезный и слегка недовольный.
– Неохота второй раз слушать одно и то же? – усмехнулся Арманиус, наблюдая за построением лифта.
– Угу, – поморщился главный дознаватель. – Твои воспоминания хорошенько так впечатались в мой многострадальный мозг. Хотя в одну и ту же реку дважды не войдешь, что-нибудь новенькое мы там точно услышим.
– Арен намекнул на вторую причину, по которой он пригласил меня на Совет, и этот намек мне не понравился.
– Намеки императоров вообще ничем хорошим не заканчиваются, – кивнул Дайд, заканчивая построение лифта. – Хватайся.
Через минуту они уже бодро вышагивали к залу, где проходит заседание, кивая прибывшим. Некоторые удивленно поднимали брови, понимая, что видят перед собой бывшего архимагистра и совсем не архимагистра, но ничего не говорили. Осознавали, что, раз идут, значит, лично император разрешил.
И, как и в прошлый раз, к ним почти сразу подсел Абрахам Адэриус, чтобы тут же поинтересоваться:
– Какими судьбами вы к нам… оба?
– Мы не судьбами, – ответил Берт, – а по императорскому желанию.
– Интересно, – задумчиво протянул глава Совета, – зачем же это? Странные прихоти у его величества.
– Не вижу ничего странного в желании видеть среди множества постных архимагистерских лиц два нормальных лица, – проскрипел Гектор. – Кроме того, вы забываете, архимагистр, кем я работаю.
– О таком не забудешь, – пробурчал Адэриус. – Но здесь вам ловить нечего.
– Это вы так думаете, – усмехнулся Дайд.
Доклад Арчибальда совершенно не отличался от версии в прошлой реальности, и точно так же, после того как принц закончил, глава Совета захотел выступить и задал те же самые вопросы. Не исчезнет ли родовая магия? Кто будет заниматься прошениями по титулам? Что делать с фамилиями?
А потом, когда Адэриус высказался, заговорил император, и стали в его голосе было не меньше, чем в прошлый раз.
– Да, нелегко ломать устои, складывающиеся веками, но нам с вами придется это сделать. Недовольство в обществе достигло катастрофических масштабов, еще немного – и начнется гражданская война, и еще неизвестно, кто в ней победит. По статистике, нетитулованных магов в два раза больше, чем титулованных, и по силе и умениям они не уступают аристократам. А учитывая тот факт, что сейчас все чаще и чаще во главе различных организаций становятся нетитулованные маги, справиться с недовольными будет непросто.
