Эн вздохнула.
– Да. Все, я закончила… Давайте руку.
Арманиус сделал шаг вперед, но прежде, чем ухватиться за протянутую ладонь Эн, сказал:
– Обещай мне, что не будешь расстраиваться, независимо от того, что сегодня услышишь.
Она посмотрела на него с возмущением.
– Как такое можно обещать?
Берт вспомнил ее собственное: «Обещай, что с тобой ничего не случится», – из прошлой реальности и чуть не засмеялся.
– Можно, Эн. Постарайся не расстраиваться. Хотя бы потому, что я не расстроюсь.
Несколько секунд она молчала, а затем сказала медленно:
– Иногда мне кажется, что вы знали, чем все кончится, когда делали шаг туда.
Берт не видел смысла врать, поэтому кивнул.
– Да, я знал.
Она закусила губу.
– За что же… такая цена? Это должно быть что-то равноценное…
– На самом деле нет. Я заплатил очень мало, Эн.
– Мало? – выдохнула она возмущенно. – Семь магоктав вместо девяноста пяти!
«И шестнадцать спасенных жизней».
– Мало, Эн. Поверь мне, это мало. – Берт взял ее за руку, заглянул в глаза. Удивительно зеленые… И как он мог подумать когда-то, что они наведенные, иллюзорные? – Ну что, переносимся?
Эн тоже смотрела на него, и щеки ее вновь начали алеть.
– Да, – тонкие пальцы в его руке чуть дрогнули, – сейчас…
Во взгляде Эн уже абсолютно не было сосредоточенности – только смятение и неловкость, – и Берт, поняв, что иначе лифт разрушится быстрее, чем они перенесутся, сам вписал в формулу константу перемещения. Благо сил на это требовалось совсем немного.
Защитница, я такая идиотка! Настолько утонула в его глазах, что даже не смогла поставить константу! В результате, когда лифт истаял и мы оказались в Тиаре – маленьком городке на севере Альганны, где жила шаманка, – мне было настолько неловко, что я с трудом удержала себя от ныряния с головой в ближайший сугроб.
– Итак, константа перемещения мне по силам, – отшутился Арманиус, не спеша отпускать мою руку. – Может, и испытания на звание архимагистра пройду.
Как только я это услышала, оцепенение сразу прошло, словно и не было его.
– Конечно, пройдете! Даже не сомневайтесь!
Он улыбался, и у меня неожиданно возникла мысль – а ведь архимагистр сказал это нарочно, чтобы переключить меня, вернуть мои мысли в привычное русло. Хорошо он меня изучил…
– Для того чтобы пройти испытания, надо научиться пользоваться магией с резервом в семь октав, а я пока не представляю, как это сделать. Ты поможешь мне, Эн?
– Разумеется, помогу. – Я энергично кивнула и замерла, когда Арманиус сказал с улыбкой:
– Теперь мы поменялись местами. Ты будешь моим преподавателем, а я, бывший ректор, – учеником. Это мне наказание за гордыню в тот день, когда ты сдавала вступительный экзамен.
Защитница, что он такое говорит…
– Какая гордыня, вы…
– Это была гордыня, Эн, – отрезал Арманиус, и улыбка его померкла. – Я не захотел даже слушать тебя, не захотел дать шанс – я, обладатель одного из самых больших магических резервов Альганны… бывший обладатель… не представлял, как можно даже думать о магии с двумя магоктавами. А ты выучилась. И я горжусь тобой, Эн. Я очень рад, что ты смогла противостоять мне, получила образование, как и хотела, не сломалась. Ты – самый талантливый человек из всех, кого я знаю.
Подо мной, кажется, сейчас начнет плавиться снег…
Я не знала, что сказать. Да и, честно говоря, мне больше всего на свете хотелось сейчас не говорить, а плакать.
– Вы… удивительно, что вы помните…
– Я все помню. И как мы встретились, тоже помню… зеленоглазка.
От неожиданности я сделала шаг назад, вырывая руку из ладони Арманиуса.
– Вы… Но как?!
Он улыбнулся и шагнул вперед, ко мне. А я… я уткнулась спиной в калитку дома шаманки.
За плечом архимагистра я видела Геенну – огромный огненный столб, уходящий высоко в небо, и впервые в жизни этот огонь показался мне красивым. Да, он приносил с собой смерть, но он был красивым.
– Я удивляюсь, как вообще мог об этом забыть, Эн, – сказал Арманиус, подняв руку и коснувшись пальцами моей щеки. – Забыть твои глаза… Это же невозможно.
Его губы были так близко… И я, внезапно запаниковав, нащупала руками кольцо-звонок и ударила им в калитку.
Дом позади нас загудел, Арманиус вздрогнул, а я вздохнула – одновременно от разочарования и облегчения. Лишила себя поцелуя…
Какого еще поцелуя? Эн, опомнись! Да быть этого не может!
Защитница, кажется, я совсем скоро поверю в невозможное…
На этот раз Ив Иша не набирала воду из колодца, а стояла на пороге собственного дома, глядя на прибывших. Она ни капли не изменилась – точнее, она выглядела абсолютно так же, как в тот день. Седая, с косой до пояса, в темно-коричневом платье из мешковины, со странным ожерельем из перьев, камней и бусин на шее и огромными серьгами в комплект к платью. Если не смотреть ей в глаза, можно было бы подумать, что шаманка безумна, но мудрый и добрый взгляд синих глаз убеждал в обратном.
– Добрый день, – сказала Эн, подходя ближе и пряча в сумку свою иглу, которую она вытащила из запястья только после того, как они вошли во двор.
– Здравствуйте, – наклонил голову Берт и замер от удивления, когда Ив Иша протянула:
