Жильё, земля, машины — всё это на 99,9 % принадлежало либо государству, либо огромным мегакорпорациям, поскольку стоило на рынке каких-то баснословных денег. Так небольшая однокомнатная квартира в не самом престижном районе любого мегаполиса раскинувшегося на не самой приятной для проживания планете оценивалась в сумму от 500 до 900 тысяч моно. Парковочное место для автомобиля стоило примерно так же. Автомобиль — не меньше полусотни тысяч. Да ещё вдобавок налог на имущество физических лиц был задран непомерно в противовес арендной стоимости всего потребного для жизни. Отчего обычному человеку становилось банально невыгодно обзаводиться собственностью, что в свою очередь вынуждало его ежемесячно откладывать подавляющую часть заработка на выплату арендных платежей.
Учитывая же откровенно низкие зарплаты жителей планет, такой подход превращал людей в настоящих рабов системы, которым полученных денег едва хватало, чтобы покрыть основные расходы. И так им приходилось проводить всю свою жизнь, трясясь за сохранение своего рабочего места и прекрасно понимая, что их потомки будут обречены на то же самое — быть свободным официально, но рабом фактически.
Единственной альтернативой являлся космос и то имущество, что могло передвигаться по нему. На любой космический аппарат налоги, наоборот, являлись мизерными. В чём опять же крылась хитрость — поскольку для его обслуживания необходимо было постоянно драться с себеподобными за доступную работу. Вдобавок там правительства брали своё взиманием платы за проход вратами. Не самой малой платы — стоило отметить.
Вот так всё человечество оказывалось внешне не насильно, но неизбежно вовлечено в продуктивную работу за гораздо меньшие деньги, чем то могло бы быть. Отчего люди и стремились вложиться в себя, вложиться в своих детей по максимуму, дабы совместно преуспеть и, разбогатев, почувствовать тот легендарный воздух свободы, который являлся прерогативой лишь высшего слоя общества, либо же тех, кто мог его добыть с оружием в руках.
— Так вот на что пошёл мой ненаглядный «Томкэт»! — Джо обвинительно ткнул пальцем в сторону Ольги, едва не вдавив тот ей в грудь — не тех размеров была у них каюта, чтобы в ней можно было распрямить руку, никого при этом не задев. — Голову даю на отсечение, что твой отец его загнал кому-то на сторону, чтобы оплатить немалую часть затрат на её улучшение!
— Я всегда была хороша! — буквально прорычала та в ответ, заодно попытавшись цапнуть палец грубившего ей мерзавца, дабы хорошенько проверить тот на прочность костей и связок. В чём, правда, не преуспела — оппонент оказался шустрей, убрав конечность из опасной зоны.
— Господи, дай мне сил, — устало выдохнув, возвел очи к потолку каюты Олег, заранее предвкушая, что эта поездка выйдет очень весёлой. И даже возможно закончится чьей-то преждевременной гибелью. Ведь контейнеровоз еще даже не стронулся с места, продолжая стоять под погрузкой, а двое его попутчиков уже находились в одном шаге от того, чтобы начать распускать руки.
До прибытия в нужную будущим солдатам удачи систему оставалось совершить ещё два перехода вратами, как по жилому отсеку контейнеровоза разнесся душераздирающий сигнал тревоги, надёжно вырывая из объятий Морфея всех, кто почивал в этот момент. Вслед за чем практически сразу судно вздрогнуло, а на смену противному вою сирены пришёл голос капитана.
— Внимание! Внимание! Внимание! Мы подверглись нападению со стороны неопознанного ховера! Приказываю всем пассажирам задраить шлемы скафандров и запереться в своих спальных ячейках, а членам экипажа подготовиться к борьбе за живучесть. — На всех без исключения космических кораблях в жилых каютах наличествовали не просто какие-то там лежанки, а полноценные герметичные спальные капсулы, заодно являвшиеся одним из средств спасения на случай аварий или же получения боевых повреждений, чего можно было ожидать сейчас. Панацеей они, конечно, не являлись. Но в случае чего могли обеспечить трое суток автономного существования человека, если, конечно, обслуживались согласно нормативам и были снабжены всеми необходимыми расходниками для генерации воздуха и обогрева запертого внутри них «постояльца». — Сигнал бедствия уже ушёл на ближайшую станцию контроля гиперворот и нам остается лишь надеяться, что помощь подоспеет достаточно скоро. В случае начала абордажа прошу никого не геройствовать. Ваши грузы всё равно застрахованы и потому не стоит отдавать за них свою жизнь. — Стоило только речи прерваться, как судно вновь слегка вздрогнуло, судя по всему, от поражения снарядами.
— Вот чёрт! — тут же подорвался Джо, мгновенно укрывая голову внутри разложившегося из воротника шлема и начиная шарить в своём отсеке для ручной клади. — Ну а вы чего сидите? — вытащив оттуда солидных размеров жесткий кейс, он обернулся к своим попутчикам и рявкнул, что было сил, — Ноги в руки и бегом в отсек управления тягача!
— Зачем? — только и успела, что пискнуть Ольга, прежде чем её голос скрыл полностью загерметизировавшийся скафандр.
