В спасательной операции в Клэпхеме приняло участие огромное число людей: со всего Лондона приехали пожарные машины и кареты «скорой помощи», прибыли полицейские, транспортная полиция, члены Британской ассоциации неотложной помощи (особенно квалифицированные врачи, главным образом терапевты, которые ушли с работы и устремились к месту катастрофы), работники Британской железной дороги, администрация округа Уондсуэрта (который по счастливому стечению обстоятельств оказался одним из немногих муниципалитетов в стране, где был разработан собственный план действий в случае чрезвычайной ситуации, тут же приведенный в исполнение, благодаря чему на место прибыли 134 незаменимых специалиста) и, конечно, Армия спасения, организовавшая полевую кухню и предоставившая не только материальную помощь в виде еды и напитков, но и психологическую поддержку жертв, спасателей, персонала и родственников.
Экстренные службы, разумеется, в первую очередь должны позаботиться о выживших, как можно быстрее извлечь застрявших людей и доставить пострадавших в безопасное место. Только после этого можно заняться погибшими.
Лондонские пожарные, первыми прибывшие на место крушения, убедились, что рельсы обесточены, и разрешили способным ходить раненым покинуть поезд. Их сопроводили в травмпункты, организованные в ближайших школе и пабе, а точкой сбора объявили парк Спенсер.
Для перевоза раненых в больницу было задействовано 67 машин «скорой помощи». Тела 35 погибших были извлечены вместе со всеми оторванными конечностями. Сначала их разместили во временном морге, где они пробыли, как и следовало, недолго. Организованные коронером работники похоронных бюро устремились туда на своих катафалках, чтобы забрать тела. Их увезли для опознания и проведения полного вскрытия. В любой массовой катастрофе наряду с лечением раненых не менее важно понять, куда девать погибших.
К 13:04 последнего живого пострадавшего унесли на носилках из поезда. К 15:40 из искореженных вагонов было извлечено последнее тело. К сожалению, на место крушения не было направлено ни одного судмедэксперта, так что никто не сфотографировал тела на месте, что могло бы сильно упростить их опознание. И это уж точно значительно помогло бы нам при анализе полученных травм.
Трупы повезли в недавно отремонтированный современный морг Вестминстера.
Мы направились туда из больницы Гая вчетвером, включая Иэна, который, разумеется, был главным, а также Пэм, которая держала нас (а также лондонскую полицию) под контролем. Изначально мы понятия не имели, сколько именно будет погибших, так что набросали схему прохождения тел через морг. При поступлении тел или частей тел в морг им присваивался номер, после чего их фотографировали. Затем каждое тело направлялось в отдельный холодильник, на котором стоял этот самый номер.
В ЛЮБОЙ МАССОВОЙ КАТАСТРОФЕ НАРЯДУ С ЛЕЧЕНИЕМ РАНЕНЫХ НЕ МЕНЕЕ ВАЖНО ПОНЯТЬ, КУДА ПОМЕЩАТЬ ПОГИБШИХ.
При поддержке работников морга мы вчетвером работали одновременно, и как только один из нас освобождался, очередное тело под присмотром полицейского извлекалось из холодильника и снова фотографировалось. Это важнейшая часть цепочки доказательств. У нас должны были быть подтверждения того, что тело, при поступлении в морг которому был присвоен, скажем, номер 23, совпадало с телом под номером 23, вскрытие которого мы проводили, а также что именно это тело было передано под номером 23 похоронному бюро после проведения опознания.
Сначала мы не проводили полное вскрытие – нас интересовала в первую очередь информация, которая могла бы помочь полиции установить личности погибших. Мы описывали общий внешний вид, имеющиеся ювелирные украшения, одежду, татуировки, а также любые серьезные травмы, такие как отсутствующие конечности. Полиция заполняла карточку на каждое тело. Снимались отпечатки, тела мылись и чистились. Им еще предстояло покинуть свой холодильник повторно для проведения еще одного полного вскрытия и взятия образцов крови.
Установление личности погибших – первостепенная задача для судмедэксперта при любой массовой катастрофе: множество обеспокоенных родственников ждут хоть какой-то информации. СМИ сообщили телефонный номер контактного центра для друзей и родственников пострадавших, однако звонки не ставились в очередь, и как результат линия попросту была постоянно занята. Можно только представить, сколько злости и недовольства это спровоцировало. Но урок был усвоен, и впредь работе контактных центров стали уделять гораздо больше внимания. Было 35 погибших, однако на следующий день в контактный центр поступило 8000 звонков, а еще больше людей позвонили в больницы и даже в морги.
