Всего через восемь месяцев после железнодорожной катастрофы в Клэпхеме одним воскресным утром мне позвонили, чтобы сообщить еще об одной катастрофе. Это было в августе, Иэн уехал в отпуск, и я был дежурным судмедэкспертом Лондона и южного побережья Англии. Пока что никто не знал, как много тел у нас будет, однако одно было известно наверняка: тела непременно будут.
В тот раз трагедия произошла не на железной дороге, а на реке Темзе. Дождавшись более подробной информации, я направился на вызов, и моей первой остановкой стал полицейский пирс в Ваппинге. Где-то рядом с Саутворком затонул прогулочный корабль, и поднятые из воды тела находились здесь. Это было все, что я знал.
Меня поприветствовал сержант полиции в возрасте, и, к моему удивлению, вид у него был такой, словно он вот-вот расплачется.
«Почти 30 лет в полиции, док. И вот теперь 25 трупов в реке, из них 24 на корабле, еще одного подобрали сегодня через восемь мостов вниз по реке в Воксхолле. Никогда не думал, что увижу нечто подобное. Они все дети. Им и 30 нет».
Итак, должно быть, затонувшее судно было одним из тех кораблей для вечеринок, которые люди нанимают, чтобы плавать вверх-вниз по Темзе. Я видел и слышал их много раз. Молодые люди на палубе в мерцающей в огнях прожекторов одежде, словно гигантская моль. Музыка и смех слышны на обоих берегах. В окнах – силуэты, цвет и движения на танцполе.
Сержант добавил: «Док, здесь уже побывал полицейский врач, и он официально констатировал, что все мертвы». На этих словах он уже не мог больше сдерживать слезы и ушел, покачивая головой. Я слышал, как он высморкался, а затем вернулся на пост дежурного, чтобы продолжить отгонять представителей прессы.
Полицейский пирс в Ваппинге – это полицейский участок прямо на берегу реки. В глубине участка под временный морг выделили помещение. Это была обычная комнатка, бетонный пол которой был завален мешками с телами. Все они лежали открытыми, и в каждом находилось тело молодого человека. Все были празднично одеты для вечеринки, многие – в яркие цвета. Окинув взглядом это ужасное зрелище, я заметил нечто странное. Их одежду явно кто-то трогал – юбки стащили, брюки расстегнули.
Я сразу же вернулся к сержанту. Он скривил лицо.
– Полицейский врач снял одежду со всех тел. Думаю, он, наверное, проверял их пульс.
Мне это не очень понравилось, однако я ничего не мог с этим поделать. Наверное, он был потрясен произошедшим и отчаянно хотел сделать хоть что-то полезное, вот и принялся проверять пульс, слушать сердцебиение. Мне уже доводилось видеть подобную реакцию прежде – даже самые опытные профессионалы хотят что-то сделать, когда прекрасно понимают, что на самом деле ничего делать не нужно.
Затем я направился в Вестминстерский морг. Я знал, что покойные надолго не задержатся во временном морге в полиции. Мне хотелось позаботиться о том, чтобы Вестминстерский морг был подготовлен к наплыву большого количества трупов, которые ему вскоре предстояло принять.
О нет. Я вспомнил, что управляющий морга Питер Бивен был в отпуске. За главного остался его заместитель, который, как мне всегда казалось, и в подметки не годился своему начальнику в плане организованности и эффективности. Чтобы разобраться с последствиями массовой катастрофы, мы, как никогда, нуждались в рассудительности и организаторских способностях Питера. Как бы то ни было, остальные его подчиненные всячески готовились к грядущим поступлениям. Столы для проведения вскрытий и все необходимое оборудование были уже на месте. От вида всех этих приготовлений у меня впервые в жизни возникло чувство страха, напоминающее накатывающую тошноту. Оно было мимолетным. Но очень мощным.
Постепенно до нас стали доходить факты. В ту тихую летнюю ночь огромное дноуглубительное судно столкнулось на Темзе неподалеку от моста Саутворк с небольшим прогулочным кораблем «Маркиза».
Судно «Боубелл» отгрузило щебень в порту Найн-Элмс и направлялось обратно в море на добычу. Корабль «Маркиза» сняли на празднование дня рождения, и молодые люди из разных стран веселились на борту.
Сначала «Боубелл» ударил маленькую «Маркизу» сзади в правый борт. От удара корабль качнулся и опрокинулся: один из свидетелей рассказал, что «Боубелл» стал наваливаться на корабль сверху, погружая его под воду, словно игрушечный кораблик. Своим якорем судно распороло верхнюю палубу прогулочного корабля, а последовавший повторный удар смял корму в сторону правого борта.
Вот несколько показаний выживших:
«Я почувствовал удар… затем увидел, как корма движется в сторону правого борта… В открытом окне я увидел воду. Я почувствовал, что корабль начал опрокидываться… Помню, как развернулся и направился вперед к окну, чтобы выбраться… тут хлынула вода… я понимал, что корабль идет ко дну. Через считаные секунды выключился свет. Воцарилась полная тьма… Стена воды отбросила меня назад. Весь корабль мгновенно наполнился водой… Когда я выплыл на поверхность, то «Маркиза» была уже на некотором расстоянии от меня, частично под водой…»
