Подходящую для лагеря поляну нашли совсем недалеко, буквально шагах в тридцати от приятного пляжа у озера, где соседствовали крутой и пологий входы в воду. Она неплотно была окружена деревьями и кустарниками, а к озеру вела достаточно четная тропинка, по которой на нее караван и пришел. А привычный лагерь поставить уже не составило совершенно никакого труда: за время поездки по Нейтральным землям путники так или иначе притерлись друг к другу и вещи, подобные установки лагеря, уже делали без каких бы то ни было проблем и ссор.
В этот раз расставить палатки получилось достаточно компактно, однако это не остановило Арию и Лерраса, которые, как и всегда, предпочли остаться чуть дальше остальной компании. Девушка так же заметила, что и Вельнар уже достаточно сноровисто ставил палатку в некотором отдалении со стороны озера, однако не придала этому большое значение.
После ужина многие остались у костра — это было, пожалуй, чем-то традиционным уже для всех в поездке по Нейтральным землям. В конце концов, каких-то занятий в пути было не найти даже если и было свободное время, а оно появлялось крайне редко, из-за чего и идеями, чем заняться, никто не блистал. Неизменными оставались, пожалуй, игра в карты, разговоры о том, сколько пути по времени осталось до Кравикена и заунывная музыка эльфов, исполняемая на лире.
Однако в этот раз, несмотря на явное столпотворение — хотя и остались далеко не все путники, — у огня было довольно тихо. Ария сидела, подобрав к себе ноги и задумчиво смотрела на огонь, Леррас, как ни странно оставшийся в лагере вопреки привычке гулять в одиночестве, сидел рядом, внимательно оглядывая собравшихся. Велисса и Вельнар сидели напротив демонов, о чем-то совсем тихо переговариваясь — Высший краем уха уловил что-то про Нефритовую лозу и ее способность светиться ночью, — в стороне от них молча сидели Кара и Риэль, видимо, не собиравшиеся уходить спать еще какое-то время, а напротив них сидел Алуа, лениво перебирая струны лиры. Музыка звучала совсем тихо, осторожно дергая струны душ людей, а костер, отсветы которого замысловатыми фигурами танцевали на стволах деревьев, тихонько потрескивал, словно подпевая старой, как мир, эльфийское балладе о доме и семье.
Слушая музыку, Ария невольно прикрыла глаза и тихо вздохнула. Все же не любила она никогда песни эльфов. Именно за подобного рода мотивы, которые всегда и всех, кроме, пожалуй, самих эльфов, вгоняли в тоску так или иначе. Даже относительно оптимистичные тексты эти паршивцы умудрялись укладывать в исключительно мутные, скользкие и печальные мелодии.
В какой-то момент баллада прервалась: Алуа вместо следующего нужного аккорда резко устало ударил по струнам и со вздохом отложил лиру. Кое-кто от неожиданности и громкого звука дернулся, но не сильно и без недовольства, что музыка прекратилась, а сам эльф без особого интереса внимательно посмотрел на огонь. Ария лишь нервно облизнула губы — она окончанию маленького депрессивного концерта была лишь рада, а наступившая лесная тишина теперь ласково успокаивала проснувшиеся внутри девушки старые переживания. Леррас же, как она заметила, после прерывания мелодии, только поморщился и слабо удовлетворенно кивнул — видимо, его тоже вполне удовлетворяло окончание музицирования.
Еще какое-то время во всем лагере стояла тишина. Лишь где-то немного в стороне, в повозке похрапывал Брен, а костер не переставая потрескивал, впрочем, совершенно никому не мешая. Отсветы от огня по-прежнему извивались на стоящих вокруг деревьях, в озере неподалеку о берег плескалась вода, а над головой магическими скоплениями мерцали звезды.
Умиротворенную тишину первым прервал Риэль.
— Ну… Может, в карты, что ли, сыграем? — неуверенно вполголоса предложил он, а когда поймал на себе недоуменные взгляды, немного стушевался. — Ну… Раз спать никто не идет… Ну, не смотрите на меня так! А то чувствую себя массовиком-затейником в отделе гробовщиков.
Леррас на это презрительно фыркнул и покачал головой, Велисса нервно хихикнула. Ария только подняла глаза к звездному небу, пропуская перед собой несколько озадаченные переглядки спутников. Однако девушка все же перевела взгляд обратно на поляну, когда Алуа первым вдруг согласился.
— Давай сыграем, — кивнул эльф клыкасто улыбнулся остальным. — Почему, в общем-то, и нет, раз сидим?
Риэль улыбнулся чуть смелее и достал из кармана куртки потрепанную колоду карт. В конце концов, согласие эльфа на игру так или иначе достаточно поддерживало и вселяло некоторую уверенность. И он не прогадал — вскоре согласились все присутствующие, устроившись предварительно удобнее для игры.
