— Так что с тобой произошло? — спокойно и не без интереса уточнил Леррас через несколько мгновений, поняв, что пояснять свое состояние без наводящих вопросов Ария не станет. Прежней обеспокоенности в голосе как не бывало. — Я минут десять не мог разбудить тебя.
— Может, просто плохо старался? — уточнила Ария ехидно. Потом тряхнула головой и, откинув одеяло, принялась натягивать сапоги. — Ничего страшного не произошло. Просто ночной кошмар, со мной такое случается.
— Еще и так, что не получается разбудить? — Леррас внимательно посмотрел на Арию и недоверчиво хмыкнул. — Слабо верится.
— У меня всю жизнь так было, — честно отозвалась девушка. — И иногда проще дать мне самой проснуться, чем пытаться будить.
— Ну-ну.
Демон презрительно фыркнул, а Ария в ответ только безразлично пожала плечами. В конце концов, она не врала: часто вещие сны действительно воспринимались просто как ночные кошмары и почти всегда посторонние люди не могли добудиться девушку, пока она видит их. Это была словно подсознательная защита Арии, своеобразный щит, который не давал окружающим должным образом воздействовать на девушку и тем самым прервать просмотр картинок будущего.
Выйдя из палатки, Ария потянулась и довольно зажмурилась. Тело тронула бодрящая утренняя прохлада, так что девушка довольно улыбнулась, затем одергивая задравшуюся немного тунику. На улице было еще достаточно темно: светать начало совсем недавно, поэтому ночная темень едва начала рассеиваться. Это означало, что время уже стремилось к девяти часам утра.
Во всем лагере тем временем было тихо. Путники все еще спали в своих палатках, очевидно, не спеша просыпаться. И в какой-то степени Ария прекрасно понимала, почему так происходит сейчас: многие прошлым вечером задержались в компании у костра, еще и в целом совершенно устав от постоянного режима «подняться, собраться, провести день в седле, остановиться, разбить лагерь, лечь спать». Поэтому всем хотелось хоть немного отдохнуть от дороги, но расслабляться явно было не время, потому что до Кравикена оставалось меньше недели пути. Осталось совсем немного потерпеть, и потом точно можно будет расслабиться.
— Поздно выедем, — заметила Ария, когда Леррас вслед за ней вышел из палатки. — Уже почти девять, а никто толком не встал…
Леррас на это только неопределенно повел плечами, не найдя, что ответить. В конце концов, ему самому скорее плевать на темп поездки — он мог в случае необходимости и телепортом, и обычным полетом в полном демоническом обращении воспользоваться.
Костер уже потух, даже угли уже не тлели, и Ария лишь поморщилась, глядя на это. Ей до странного дико хотелось есть, а где-то внутри, она только сейчас это поняла, что-то нервно сжималось, словно шептало, что вот-вот произойдет что-то плохое. Девушка невольно напряглась, внимательно оглядевшись, но причины нехорошего предчувствия не нашла. Впрочем, рисковать не стала и коротко попросила Лерраса разжечь огонь — не сказать, что демон оказался в восторге, но просьбу все же выполнил, — а сама полезла в общие сумки в поисках завтрака.
Сейчас, по сравнению с самым началом поездки по Нейтральным землям, была заметна огромная разница в количестве и качестве продуктов: ничего быстро портящегося уже давно не осталось, хотя на подобных продуктах — сыре, хлебе, молоке и прочем, — и были соответствующие чары. Зато осталось что-то более долгоиграющее, но и не сказать, что в большом количестве. Ария даже несколько засомневалась, что без пары дней голодовки они смогу добраться до Кравикена.
Утруждать себя приготовлением завтрака на всех, и даже просто на себя, девушка не стала. Лишь ограничилась подобием завтрака в виде сухофруктов и кофе, которое с ней с заметным энтузиазмом разделил Леррас. Они сидели в тишине, время от времени обращая внимание на костер, чтобы он точно не потух вновь, и завтракали.
Вокруг стояла утренняя тишина, небо постепенно светлело, и какая-то необычная магия исчезала. Впрочем, Ария сумела найти возможность и с восторгом насладиться ей, как и странным спокойствием, что появилось наедине с Леррасом. Тем более, что Высший демон был абсолютно спокоен и чем-то очень доволен, так что даже сыто щурился, время от времени прикладываясь губами к кружке. Арию это зрелище отчего-то умиляло и умиротворяло.
На запах кофе из палаток стали выползать и другие путники. Первым появился Рован с товарищами и, что-то ворча про безответственных баб, которые не в состоянии приготовить завтрак, в сторону Арии — что девушку совершенно не покоробило, — принялся тоже перебирать продукты. Его товарищи тем временем тоже занялись какими-то своими делами по сборам в дальнейшую дорогу. Постепенно лагерь наполнился жизнью и шумом, все палатки опустели, а люди уже не торопясь завтракали, обсуждая несколько сбившийся режим, и собирались.
