На этот раз Леррас в своем путешествии за пищей очень задержался. Не то чтобы он очень долго искал место, где можно было бы что-то добыть, вовсе нет. Как и предполагалось, в округе никого из людей не нашлось вновь, поэтому пришлось лететь в Кравикен. Только сейчас демон не слишком торопился: отчасти из-за нежелания, отчасти из-за тяжелых мыслей, заполнивших его голову. Так или иначе, он все равно мало чем рисковал: Ария находится в безопасности, в голову ей вряд ли взбредет бежать в ее состоянии, да и достаточно доверяет ему для подобных глупостей. А если и сбежит, то Высшему по связи найти ее будет совершенно не проблематично.
Все же отношение Арии к высказыванию о Нуру Лерраса очень покоробило. С одной стороны, да, он сам толком не понимал, что его сподвигло назвать так девушку: он ведь просто обратил ее, не более. Да, спас от смерти, да, сделал первой архидемоницей своего Домена, — что позже не составить труда исправить, если понадобится, — но, Ария права, это никак не делает ее Нуру Лерраса. С другой стороны, это обращение к Арии очень грело душу и ярко, положительно отзывалось в связи, так что создавалось ощущение, что все сказано и сделано правильно.
Но все же реакция Арии… неужели она не чувствует той положительной отдачи по связи, что почувствовал Леррас? Или ее восприятие еще слишком затуманено, чтобы она понимала, откуда тепло, и воспринимала это? А может, это все из-за боли обращения, и все чувства у нее вперемешку, и позже она примет ощущения при имени «Нуру»? А может… может…
Тьма, да черт знает, что там может быть! Все, что угодно. И Леррас понятия не имеет, почему ему так важно оправдать сейчас реакцию Арии. Как не имеет понятия и о том, почему ему так важно услышать такое обращение в ответ. Ведь зарекался же не привязываться!
Поэтому прежде, чем искать человеческую пищу и отправляться с ней в крепость, Леррас предпочел немного прогуляться по Кравикену и подумать. Попытаться разобраться в себе, что, честно говоря, выходило из рук вон плохо: демон никак не мог прийти к нужному варианту ответа на вопрос, почему ему так важна реакция Арии на обращение «Нуру». Так что возвращался Высший в мертвый Домен практически ни с чем относительно понимания себя и эмоций. Единственное, что он понял: что ему обидно, что не получил более положительной реакции.
Во время небольшого путешествия демон практически не думал о нынешнем состоянии Арии. Он прекрасно знал, что ей в ближайшие дни предстоит перетерпеть, пожалуй, самую неприятную вещь в обращении в демона — непосредственно физическое обращение. Процесс этот тяжел не только для обращенного, но и для того, кто обратил: нужно по связи делить боль и голод, помогать действиями и магией по мере возможности. Пожалуй, по тяжести у демонов этот процесс может сравниться разве что линька — тоже далеко не самое приятное и красивое явление.
Полное обращение Арии по прикидкам Лерраса должно было начаться к вечеру следующего дня, поэтому он не слишком торопился. По связи он чувствовал относительное спокойствие девушки, но уж точно не нарастающую боль — она появилась только к вечеру, когда Высший уже подлетал к башне, высматривая, куда будет лучше временно убрать человеческие продукты. Лишние души он отнимать не решился. Во-первых, потому что слишком много трупов за пару дней, а убирать за собой времени и желания особенно не было. А, во-вторых, не хотелось бы делать из Арии зависимую от душ. Это явно не то, что Леррасу нужно от первой архидемоницы.
Но Леррас прогадал со своими прикидками о времени, которое есть до обращения Арии.
Когда он вернулся в башню Домена, девушки в комнате не оказалось, а по связи Ария не отзывалась: все было затянуто пеленой монотонной, гудящей и очень сильной боли. Понять, что это физическое обращение не заставило себя долго ждать, труда не составило. Вот только чтобы помочь девушке, нужно было ее найти, а где — Леррас, откровенно говоря, не имел ни малейшего понятия. Так что демон, оставив вещи в соседней от уже облюбованной спальне, отправился искать Арию по Цитадели.
Девушка нашлась в небольшом внутреннем дворике. Ария сидела на земле на коленях, отчаянно хваталась за голову и, кажется, плакала. У линии роста волос, ближе к вискам, набухли две небольшие шишечки — Леррасу не составило труда определить в них будущие рога, сейчас активно растущие. Как, впрочем, и крылья, и хвост, которые под одеждой видно не было.
Сразу Лерраса Ария не заметила, что, в общем-то, было вполне нормально: во время попытки абстрагироваться от адской боли во всем теле вряд ли будешь оглядываться по сторонам.
— Ария, — Высший опустился на землю рядом с девушкой и накрыл ее руки на голове своими словно в попытке снять боль. — Ты… Больно? Тьма, могла бы позвать раньше!
