Девушка в ответ на это только едва слышно всхлипнула, мотнув головой, и привалилась к плечу Лерраса в попытке найти у него защиту и спасение от накатившей боли. Демон, в общем, помочь чем-то с этим не мог: только разделить боль по связи, но никакие обезболивающие заклинания, настойки или еще какие бы то ни было средства не помогут заглушить боль от стремительного роста новых конечностей.
Ответить что-то толковое Ария так и не смогла: вместо слов из горла вырывались то всхлипы, то стоны, то хрипы. И Леррас вполне мог это понять: пожалуй, ни одно живое существо не имеет возможности и умения терпеть без какой бы то ни было реакции быструю адаптацию тела и внутренностей под новую сущность. Даже демоны, какими бы могущественными и сильными они ни были, все равно имеют предел. А у обращенных этот предел по понятным причинам заметно ниже, чем у рожденных.
Больше не став даже пытаться говорить с Арией, Леррас поднял девушку на руки и отправился вместе с ней в спальню, в которой она спала совсем недавно. Эти несколько минут оказались неожиданно тяжелыми, и совсем не потому, что за день демоница набрала около сотни килограммов веса, а потому что ей было больно только от одного касания к спине. Разумеется, из-за этого она вырывалась, брыкалась и кричала, и Высший даже не знал, от чего ему паршиво больше: от боли Арии, которую чувствует и он, или все же от хаотичных дерганий девушки в его руках, что безопасным для передвижения обоих уж точно нельзя назвать.
С тем, чтобы устроить демоницу на кровати, тоже возникли некоторые проблемы: нельзя было класть ее на спину, так как крылья и хвост в ближайшие часы должны были порвать кожу, но и голову нужно было положить так, чтобы не мешать расти рогам. Впрочем, Леррас с этой задачей справился без каких-то проблем и, сняв с Арии верхнюю одежду, принялся внимательно осматривать ее спину. В районе лопаток набухли два кокона. Кожа там была сильно натянута и немного просвечивала, так что можно было смутно увидеть сложенные, пока что тонкие и слабые крылья; а внизу нашлась твердая покрасневшая шишечка вроде тех, что были у девушки на лбу.
Леррас, осторожно проведя по крыльям кончиками пальцев, удовлетворенно кивнул. Пока что все шло, как положено, без неприятных сюрпризов, и единственное, что не давало спокойно выдохнуть, — боль, которую даже Леррас через связь ощущал слишком ярко.
Демон невольно удивлялся даже, почему Ария не кричит, ведь совсем недавно она плакала от боли. Однако, видимо, даже для нее ощущения перестали быть слишком острыми и теперь превратились в какой-то крайне неприятный гул. Девушка тяжело дышала, отчаянно хватаясь за руку Лерраса и позволяя успокаивать себя так, как демон считает нужным. Сил у нее толком ни на что не было, веки все больше тяжелели с каждой секундой, и на обращения Лерраса Ария отвечала все тише и неохотнее. Сознания она не теряла, но вот силы — да. Потому что коконы и шишки росли и все больше набухали, из-за чего усиливалось и гудение боли во всем теле.
Высшему ничего не оставалось, кроме как не отходить от девушки, позволять ей цепляться за себя и свою силу, успокаивать, поддерживать по связи и что-то говорить в попытке отвлечь. Правда, вот уж что выходило из рук вон плохо, поэтому через время Леррас просто замолк, продолжая гладить Арию по волосам, не отпускать руку и разделять боль.
Первая судорога с волной острой боли в спине пришла неожиданно. Кожа еще не была порвана, однако стало понятно, что крыльям «зреть» осталось совсем недолго. Леррас вздрогнул, когда Ария, выгнувшись в спине, вскрикнула и отчаянно заскулила. По ее щекам покатились слезы, а во взгляде заплескался ужас. Она была готова к обращению в полноценного демона, но точно не к такому количество боли. Тьма, да она понятия не имела толком, как это на самом деле!
Боль не прошла так же быстро, как вспыхнула, и Ария задергалась в попытке куда-то от нее деться. Тело словно искало, в какую бы сторону податься, в какой стороне боль обязательно исчезнет, стоит только сделать шаг в сторону. Только боль, конечно же, не прекращалась, а девушка продолжала отчаянно дергаться, повинуясь инстинктивному позыву отстраниться от того, что причиняет боль. Только вот боль была внутри и не зависела от чего-то постороннего, и деться от нее хоть куда-то было невозможно. Леррасу с трудом удавалось хоть немного успокоить девушку, однако это с каждой новой вспышкой боли в спине становилось все более ненужным.
Ария вырывалась и кричала, что-то лепетала, неосознанно посылала Леррасу по связи страх, все бóльшие волны боли и паники, откровенного ужаса. И демону ничего не оставалось, кроме как глотать все это, принимать, позволять девушке хотя бы так облегчить свои муки. Конечно, чуть позже он хорошенько отчитает обращенную за такие выкрутасы, но сейчас явно не время и уж тем более не повод для того, чтобы винить Арию в таких действиях.
