– Зависит от того, сырой нефрит или резной, – ответил гость. – Государственный картель, Кеконский Нефритовый Альянс, строго регулирует количество добываемого и обрабатываемого нефрита на Кеконе. Так что обработанного нефрита немного, и он очень дорог. Нефритовое сырье можно вывезти с рудников контрабандой, и за те же деньги вы получите больше, но он бесполезен, если нет рабочих, которые его отшлифуют и огранят.
Босс Кромнер впервые обратился к своему смотрящему:
– Тощий, а ты что думаешь?
– Думаю, мы без труда найдем достаточно работников-мигрантов, Босс, – отозвался Римс.
– Нефрит опасен для всех, кроме кеконцев, – встревоженно заметил Даук.
– Мы в курсе, – ответил Кромнер. – Думаете, я бы занялся этим бизнесом, ничего о нем не зная, не разобравшись? «Сияние» создали в Эспении, а не в вашей стране. Учитывая, сколько СН-1 нужно солдатам в Оортоко и ветеранам войны, неужели мы не достанем «сияние»? Если Тощий говорит, что мы найдем работников, значит, не будет проблемой держать их на дозе.
Даук передал это представителю кеконского клана.
– Значит, необработанный нефрит, – сказал тот. – Вы должны понимать, что качество сырья отличается от партии к партии, это вполне естественно. Обычно выход резного нефрита – от тридцати до пятидесяти процентов. – Коул наклонился над столом. – Рыночная цена на сегодня – десять миллионов талиров за килограмм.
Господь, Пророк и Истина, да по сравнению с такой кучей денег даже прибыльная торговля наркотиками выглядела мелочью. Даже Бык Кромнер не мог начать такое дорогое дело в одиночку, и прежде чем ответить кеконцу, он обратился к другим Боссам:
– Теперь вы понимаете, какие это серьезные деньги. Я не прошу ни Бригаду с улицы Булочника, ни Вормингвудскую войти в дело вместе с Южной Бригадой, но все мы видим, какие это серьезные деньги. Если вы хотите подключиться, скажите об этом сейчас. Если нет, так и скажите, но я рассчитываю на старую традицию Бригад, что мы дадим каждому возможность для прокорма.
Малыш Джо Гассон разгладил галстук.
– Моя Бригада не заинтересована собственноручно заниматься нефритом. Слишком рискованно, слишком опасно. Мы букмекеры, а не бойцы, как вам известно. Но мы можем предоставить деньги и заняться финансированием в обмен на обычную долю. И подмажем кого надо, чтобы смотрели в другую сторону.
Именно этого Кромнер и ожидал, без такой помощи ему было бы сложно обойтись. Он тут же кивнул.
– Блейз, – сказала Анджа Слаттер, – ты же понимаешь, Рикки захотел бы хотя бы частично в этом участвовать. Если мы говорим о контрабанде нефрита в страну из-за океана, то любой груз в город проходит через порт, а мы контролируем профсоюз докеров. Давай договоримся о доле в пятнадцать процентов в обмен на доставку товара в гавань. Конечно, сначала мне нужно обговорить все с Рикки, – добавила она, – но я использую все свои женские чары, и он наверняка согласится.
Кромнеру не хотелось отдавать этому идиоту Резкому Рикки или его жене даже один процент, но он поразмыслил и решил, что пятнадцать процентов – приемлемая сумма за гарантию сотрудничества Вормингвудской Бригады, не придется тратить время и энергию собственных людей на то, чтобы провести груз через портовые власти. Кромнер задумался, не захватить ли Вормингвуд самому, когда он наладит торговлю нефритом и Южная Бригада станет достаточно крупной и сильной для экспансии. Таким образом он получит эти проценты обратно, а сейчас можно не спорить по мелочам.
– Скажи Рикки, что я согласен.
Во время этого разговора Даук и его кеконский гость ждали; старший с немного встревоженной миной, а молодой смотрел на Боссов и их смотрящих странным, неподвижным, но слегка расфокусированным взглядом, словно думал о чем-то другом, пока эспенцы переговаривались. Кромнер покосился на него, а потом повернулся к Дауку.
– Передайте своему другу, что я заплачу семьсот миллионов талиров за сотню кило нефритового сырья.
Даук скривился, будто проглотил какую-то кислятину. Он передал слова Босса гостю извиняющимся тоном. К удивлению Кромнера, молодой кеконец не оскорбился такой низкой ценой, он снова сосредоточился и улыбнулся.
– В моей стране важнее всего – заключить соглашение. Лидеры предоставляют договариваться о деталях тем, кому доверяют.
– Но мы не в вашей стране, так? – ответил Кромнер. – Семь сотен.
Он надеялся получить более сильную позицию на переговорах, поставив кеконца в неудобное положение, и был разочарован, когда тот лишь пожал плечами.
– Всем нужен нефрит. Я могу без суеты продать его шотарцам или югутанцам, но с готовностью приехал сюда, потому что мои кеконские друзья в Эспении хотят с вами поладить. Девятьсот.
После предсказуемой торговли они ударили по рукам на восьмистах миллионах талиров за сто кило необработанного нефрита в четырех одинаковых партиях, что уменьшит риск перехвата эспенскими властями. Коул объяснил, что товар пойдет через посредников, на грузовых судах, зарегистрированных на людей, не имеющих отношения к кеконским кланам. Все переговоры относительно сделки должны вестись через Даука Лосуна или его доверенных лиц.
