Кромнер был доволен тем, как все гладко прошло. Пусть кеконцы получат свою часть Южного капкана и игорные залы, от них все равно мало прока, но во всей Эспении лишь его Бригаде поставят нефрит прямо из первоисточника. Кромнер уже размышлял о том, какое состояние заработает на черном рынке. Конечно, он придержит немного нефрита для собственных смотрящих и шкурников.
Теперь Южная Бригада станет самой сильной, может, он даже захватит вормингвудцев раньше, чем намеревался. В конце концов, не похоже, чтобы Резкий Рикки удачно вел дела из тюрьмы. Кромнер отдаст территорию Слаттера кому-нибудь из своих смотрящих – Тощему Римсу или Мотыльку Дьюку, к примеру. Тощий лучше соображает, это без вопросов, но он слишком независим, может принять подарок Кромнера и основать собственную Бригаду. Мотыльку не хватит ума на такую сложную интригу, так что ему можно доверять.
Кеконец, этот Коул, все еще говорил, глядя на Боссов. Он вел себя на удивление дружелюбно и беспечно, не то что серьезный Даук или этот головорез Рон. Но Кромнер был не из тех, кого может обмануть внешность. Он подозревал, что Коул всего лишь вывеска, юнец, которого послали опасные люди, обладающие реальной властью на загадочном острове. Кромнер не был на Кеконе, даже близко к острову, но воображение рисовало теневой совет старейшин, замысловатые ритуалы, нефритовые сабли.
Даук снова перевел слова Коула:
– Поскольку вы иностранцы, я должен предупредить: нефрит не похож на наркотики или оружие, им не может с легкостью воспользоваться любой слабак. На Кеконе говорят, что нефрит превращает человека в бога. Только сильные это выдерживают. Вы собираетесь тайно перевезти большое количество нефрита, но удостоверьтесь, что он не попадет в руки уличных хулиганов на вашей же территории, что ваши же люди не попытаются продать часть на сторону. Кто будет отвечать за надлежащее обращение с нефритом?
Кромнеру не понравился намек на снисходительное отношение, который он почувствовал в словах кеконца и в том, как тот сидел, откинувшись на спинку стула и слегка прикрыв глаза.
– Никакой уличный воришка или шкурник не посмеет красть у Южной Бригады, если не хочет отправиться в плавание по реке без лодки.
Анджа Слаттер улыбнулась, Джо Гассон поморщился, но кеконец и бровью не повел.
– Я лично это гарантирую, – добавил Кромнер.
Коул покачал головой.
– Ваше слово как Босса, конечно, весомо, но вы явно слишком большой человек, чтобы лично заниматься малоприятной работой на улицах. – Он махнул рукой, указывая на дорогой костюм и грузное тело Кромнера. – В кеконском клане того, кто занимается этой опасной работой, называют Штырем. Он должен быть абсолютно верным, внушать уважение людям, которыми командует, и страх врагам клана. А в случае, если что-то случится с главой клана, ему доверяют руководство. Я спрашиваю, есть ли у вас кто-то подобный в Бригаде, потому что именно этот человек должен заниматься нефритом.
Кромнер ткнул в его сторону пальцем.
– Слушайте, я готов вести с вами дела, но не нуждаюсь в советах от кеков о том, как управлять Бригадой. Вы сами-то когда-нибудь руководили организацией из сотен человек? – Когда кеконец не ответил, Кромнер сказал: – Так я и думал. Тогда позвольте кое-что сказать. Я бы не стал Боссом Южных, если бы держал некомпетентных подчиненных. Нефритом займется Уилли Римс.
Коул с интересом изучил Уилли, а потом повернулся к Дауку. Кеконцы долго переговаривались на своем языке.
– Что он говорит? – спросил Кромнер.
Даук откашлялся и ответил:
– Он обеспокоен тем, что нефрит попадет на улицы и навредит невинным людям, в особенности женщинам и детям. Видите ли, это противоречит их кодексу чести. И потому он спрашивает, правда ли Римс главный смотрящий в Порт-Масси, давно ли он работает на вас, хорошо ли дерется, сколько человек убил в поединках. Я объяснил, что у Римса есть определенная репутация, но точно я не знаю. – Даук развел руками. – Ну что тут скажешь? Мой друг с Кекона, а там все уважают личную силу и способность проливать кровь.
Уилли неловко теребил в руках шляпу, но Кромнер только фыркнул.
– Ну, так скажите ему, чтобы не забивал свою кеконскую голову. Джо, Анджа, подтвердите ему, что на мое слово и моих людей можно положиться.
– Все знают, что Тощий Римс из Южной Бригады – крепкий парень и рулит самыми крутыми ребятами в городе, – сказал Джо Гассон.
– Это так, – кивнула Анджа Слаттер.
Даук повторил эти слова Коулу, тот снова оценивающе посмотрел на Римса. Потом кивнул.
– Я тоже это слышал, из собственных источников. Я чужой в этой стране и иду на большой риск, заключая сделку от имени клана, так что простите, если я слишком напираю с вопросами. – Представитель клана развел руками. – Я доволен соглашением.
Из особняка Торика Рон Торо отвез Хило, Тара и Даука обратно в дом Дауков, где Сана приготовила всем обед. Когда они расселись за столом только впятером, столовая уже не выглядела такой тесной. Сын Даука проводил время с друзьями, Анден был либо с ним, либо работал дополнительную смену в хозяйственном магазине.
