Иногда Шаэ смертельно уставала от того, что ей приходилось одновременно быть Шелестом клана, женой и матерью, и потому она могла оценить, с каким терпением и решимостью ее невестка преодолевает каждое препятствие на своем пути. Шаэ даже пришлось признать, что, в сравнении с Вен, у нее нет причин жаловаться и нет оправданий для провалов.
– Вен, ты не должна никому ничего доказывать.
Вен печально улыбнулась.
– Не забывай, Шаэ-цзен, большинство в клане уверено, что у меня было только одно по-настоящему важное дело.
Наследник для клана. Неудивительно, что Вен восприняла отъезд Нико болезненнее, чем Хило.
Позади внедорожника замигали красные огни, так что они обе оглянулись. Дудо, который уже свернул на выезд к отелю, посмотрел в зеркало заднего вида на полицейскую машину и невольно выругался.
– Останови, – велела Шаэ. – Это всего лишь шотарская полиция.
Шаэ заметила, как его нога нерешительно зависла между педалями газа и тормоза. Потом Дудо подчинился, свернул на обочину и заглушил двигатель. Полицейская машина припарковалась за ними. Из нее вышел полицейский в форме и двинулся к внедорожнику. Чутье у Шаэ было уже не настолько сильным, как прежде, когда она носила больше нефрита, но она без труда Почуяла нервозность и осторожность копа, когда он приблизился к машине со стороны водительского сиденья. Вен вопросительно взглянула на Шаэ.
– Не о чем беспокоиться, – сказала ей Шаэ.
В Лейоло полицейские были вооружены только револьвером и дубинкой. Одинокий полицейский не представлял угрозы даже для одной, не говоря уже о двух хорошо подготовленных Зеленых костях. Тем не менее нефритовые ауры Дудо и Тако встревоженно гудели, а сидящий на пассажирском сиденье Тако вытащил из пиджака пистолет и сунул его под ногу, чтобы проще было дотянуться.
– Успокойтесь и ведите себя почтительно, – приказала Шаэ.
Не хватало только, чтобы полицейский по глупости попытался их задержать или кто-нибудь из Кулаков дал ему повод вытащить оружие. Никто из них не говорил по-шотарски, а чего уж точно не нужно было Равнинному клану, так это застрелить идиота-полицейского из-за мелкого недоразумения.
Дудо опустил стекло. Полицейский посветил фонариком на переднее сиденье и задал вопрос на шотарском – видимо, попросил предъявить документы, как поняла Шаэ.
– Дай ему водительское удостоверение и документы на машину, – сказала она Дудо.
Полицейский переместил луч фонарика в сторону Шаэ, на заднее сиденье, и свет заиграл на вечерних нарядах – коротком белом пальто и черной юбке Шаэ и темно-красном платье и шелковой шали Вен.
– Мы иностранцы. Мы не говорим по-шотарски, – произнесла Шаэ несколько заготовленных фраз, которые знала на этом языке. Полицейский изучил кеконское водительское удостоверение Дудо и бумаги на взятую напрокат машину. Потом вернул документы и отступил, жестом приказав Дудо выйти из машины.
– Какого дьявола… – пробормотал Дудо.
– Может быть, он ищет наркотики? – встревоженно предположила Вен.
– Или оружие. Или нефрит. У нас есть и то, и другое, – сказал Тако.
В Жанлуне полицейский, остановивший машину с Зелеными костями, извинился бы и отпустил их на все четыре стороны. Если у него возникли претензии к ним, он отправился бы к Штырю. Полицейские не контролируют кланы. Их контролируют только другие кланы. Дудо никогда в жизни не подчинялся приказал обычного полицейского и потому даже не пошевелился.
Когда любая Зеленая кость клана путешествовала по официальному делу, офис Шелеста обязательно проводил инструктаж, как поступать в случае встречи с местной полицией. Никого не убивать и не калечить, если этого можно избежать, по возможности сотрудничать, сесть в тюрьму, если придется. Адвокаты клана этим займутся, возместят любой конфискованный иностранной полицией нефрит и наградят за беспокойство – если следовать правилам. Однако телохранители Вен не собирались подчиняться правилам, если это значило, что их закуют в наручники и разлучат с человеком, которого они поклялись защищать ценой собственной жизни. Попытавшись их арестовать, бедолага-полицейский стал бы трупом в ту же секунду.
Шаэ Почуяла, как нарастает тревога полицейского, он положил ладонь на ремень, поближе к пистолету.
– Делай, как он говорит, – приказала она Дудо. – Выйди из машины.
– Коул-цзен…
Полицейский повторил приказ на шотарском, теперь настойчивее. Его рука переместилась к пистолету, взгляд скользил по пассажирам. Дудо беззвучно выругался, открыл дверь и вышел. Полицейский жестом приказал ему развернуться. Дудо подчинился и положил руки на машину. Проезжающие мимо автомобили заливали их мигающим светом. Полицейский быстро обыскал Дудо, похлопав по его бокам, нашел пистолет на поясе и нож в заплечных ножнах и забрал их, пробубнив несколько фраз на шотарском, которых никто не понял. Дудо не пошевелился, но Шаэ Почуяла, как взбухла его аура. А если полицейский попытается забрать и нефрит? Шаэ лихорадочно раздумывала, как предотвратить развитие конфликта.
Плечи Тако тревожно дернулись.
– Что-то не…
