Когда Анден не ответил на риторический вопрос, Реми фыркнул, словно все это было шуткой, и резко наклонился вперед. Его лицо оказалось так близко, что колючая нефритовая аура снова царапнула по краю Чутья Андена.
– Ладно, раз ты так хочешь, давай к делу. Горные готовы платить мне сто пятьдесят тысяч талиров в месяц и килограмм резного нефрита. Они в союзе с баруканами, так что я получу кое-какую подмогу от шотаро– эспенских банд в Ресвиле. А кроме того, смогу покупать «сияние» со скидкой прямо с островов Увива, и тот барукан сказал, что они будут привозить туристов из Шотара в мои бойцовские клубы и стриптиз-бары. – Реми снова откинулся назад. – Трудно найти причины для отказа от такого предложения.
Анден глотнул пива и собрался с мыслями.
– Ты разорвешь союз с Дауком Лосуном, другом Равнинного клана. И больше не получишь из Порт-Масси ни помощи, ни нефрита. Горные сделали щедрое предложение, но ты станешь просто-напросто их наемным громилой, а не настоящим данником. Ты не будешь получать долю от их прибыли и не сможешь на них рассчитывать, если попадешь в беду. Равнинные более влиятельны в Эспении, у них есть здесь легальный бизнес и адвокаты.
Реми пожал плечами:
– Статусу данника я предпочитаю наличные в руках. Какой мне прок от статуса данника? С какой стати меня должен волновать престижный статус на Кеконе? Или адвокаты в Порт-Масси, раз уж на то пошло?
Анден понял, что разыграл неверную карту, и решил сделать еще один заход:
– Мы дадим то же количество денег и нефрита, – сказал он. – Мы не станем продавать тебе «сияние» или привозить шотарских туристов, но можем предложить кое-что получше. В Порт-Масси у Равнинных большое отделение с десятками работников. Если мы откроем отделение в Ресвиле, это будет означать рабочие места для многих людей из кеконского землячества. То есть не только больше людей и больше денег для твоего бизнеса, но и часть прибыли от наших заработков. Чем лучше будут идти дела у нас, тем лучше тебе. – Во время этой речи в голову Андену пришло кое-что еще, и он добавил: – Мы уже наладили систему переправки Зеленых костей между Кеконом и Эспенией, чтобы обучать их и тренировать. Бойцы твоего клуба, новые Дэнни Синцзо, получат преимущество. А теперь благодаря Равнинному клану нефрит в Эспении разрешен для медицинских целей. Ты можешь воспользоваться и этим, причем одним из первых.
Реми слушал его с задумчивым выражением, явно что-то подсчитывая в уме.
– Ты поставил меня перед трудным выбором, чувак, – наконец сказал он, прикусил нижнюю губу и в нерешительности подвигал челюстью. – К какому клану мне примкнуть? Я прекрасно знаю, что вы, островитяне, не стали бы зазря тратить слова на кеспи вроде меня, но внезапно оба клана возжелали переманить к себе местных, чтобы потыкать друг друга палкой, как будто у вас мало для этого возможностей дома. – Реми с преувеличенным равнодушием передернул плечами. – Признаю, кое-что говорит в пользу Равнинных. Иве Калундо из Горного клана – лысый урод, а ты – нет.
Реми расстегнул молнию на брюках и вытащил вялый член, который так и повис на краю ширинки. На бледных бедрах блестела линия нефритовых камней.
– Вот что я тебе скажу. Если ты мне отсосешь от имени Равнинного клана, мы заключим сделку. – Он посмотрел Андену в глаза. – Ты ведь сам этого хочешь. И тогда я сделаю то, о чем просит твой брат. Я встану на вашу сторону в Ресвиле.
Шея Андена покрылась горячими мурашками. Из-за шторок с танцпола доносился приглушенный грохот басов. Анден чувствовал звук подошвами ботинок, вибрации поднимались по позвоночнику до головы. Он медленно подвинулся ближе, пока не оказался рядом с Реми. Тот облизал губы, с предвкушением наблюдая за каждым жестом Андена.
– Мой брат, Колосс Равнинного клана, – сказал Анден низким грудным голосом, в котором с трудом узнал собственный, – велел мне узнать, чего ты хочешь, и дать тебе это. – Он отвел руки Реми в стороны и обхватил ладонью его яйца. Член Реми отвердел. – Но я не сразу распознал, чего же ты хочешь. Ты хочешь власти. Хочешь жить по собственным правилам, а не быть инструментом в чужих руках, не подчиняться людям, которые смотрят на тебя свысока, ни кеконцам, ни эспенцам. Ты единственный царек среди ресвильских кеспи, и у тебя нет другого выхода – придется выбирать между крупными кеконскими кланами, стоящими у твоего порога. Но ты согласен на это только при условии, если тебе отсосет член семьи Коулов.
Анден крепче сжал яйца Реми. Тот выпучил глаза, а его нефритовая аура вздулась, царапнув острыми краями по Чутью Андена, как стальная стружка.
