Рассмеялся. Пододвинул к себе расшатанный стул, стоявший напротив ее стола, и небрежно оседлал его, облокотившись на спинку руками.
— Очень просто. Мне нужна моя компания, и я планирую ее перепродать когда наведу порядок в этом доме хауса.
Рябина села, положив руки на стол, и взглянула на меня с неподдельным интересом.
— Какая компания? — Вежливо уточнила она.
— Ты знаешь, о чем я говорю, — ответил. — О «Руснефть».
— Я думала, мы уже уладили все вчера.
— Не совсем. — Продождал, растягивая время. — Я разговаривал вечером с моим адвокатом.
Наблюдаю реакцию. Она подняла руку к волосам. Интересно, подумал, это нервный жест или просто привычка приглаживать свою медную гриву? Удивительно, какой спокойной она выглядит, сидя за письменным столом в этой неженской роли.
— О чем вы задумались, господин Левин?
Откашлялся, понимая, что меня застукала за разглядыванием.
— Не уверен, что тебе это будет интересно, госпожа… Лана Михайловна. Кстати, даже не знаю твоей фамилии.
— Ты прав, мне совсем неинтересно. Если соображаешь, как выдворить меня из этого кабинета, то лишь напрасно напрягаешь мозги. — Очень похоже на заговаривание зубов мне.
— Мой адвокат говорит совсем другое, и скоро у меня будет о вас вся информация. Осталось дождаться вечера и на моем столе окажется полная биография жизни твоей Лана и Калининой.
Она оцепенела. Заметил, как промелькнул страх в ее бушующем океане глаз.
— Как ты меня назвал?
— Лана. Это ведь твое имя, не так ли?
— Да, но…
Но что? Почему звук собственного имени так удивляет ее? Может, потому, что уже долгое время никто не называл ее так?
— Ну? Тебя ведь зовут именно так, или тут ты тоже наврала? — Возмутился, вспомнив про кольцо.
Она испуганно посмотрела на меня. Резко кивнула.
— Да, так.
— Ну вот. Хоть о чем-то мы уже договорились.
Поднялся и начал расхаживать по кабинету. Беглым взглядом окинул груду почты на столе, и наконец остановился перед канцелярским шкафом. Осмотрел ящики с ярлыками и потянул на себя один.
— Где ты хранишь текущие отчеты?
Стул протестующе заскрипел, когда она отодвинула его.
— Что ты делаешь? — Гневно спросила.
— Это они? — сказал, беря папки из ящика. Она выхватила их у меня из рук.
— Я не знаю, что за игру ты затеял…
— Не я, моя дорогая. Я просто вовлечен в нее тобой с тех пор, как вошел сюда вчера.
Вынул другую папку, но Рябина вырвала и ее.
— Левин, — процедила она сквозь зубы, — у меня деловое расписание на это утро и…
— У тебя нет никакого расписания на весь день.
— Что за чепуха! Неужели Мишель сказала тебе это?
— Ей не пришлось ничего говорить. Я просто посмотрел в твой ежедневник деловых встреч, еще вчера.
Ну, вот опять, воспламеняясь, рыжая фурия готова меня уничтожить. Она повернулась и бросила папки на письменный стол. Потом уперлась руками в бока.
— У вас всего две минуты, чтобы закрыть за собой дверь с той стороны, — холодно отчеканила она. — После этого я вызову полицию и скажу, что вы самовольно вторглись сюда. — Ее улыбка была решительной и холодной. — Телефон сегодня работает.
Хотел рассмеяться, но она посмотрела таким взглядом, что поостерегся и восхитился. Ведь Вик предупредил: действуй трезво, хитро и выведай все, чего желает эта женщина.
— Знаешь, сегодня я не собираюсь ссориться. Я пришел за информацией, мне нужно знать все проблемы. Ты сделала вчера заявление, и я…
— И вы хотите доказательств, что я по праву зам директора. Но, это так и есть.
— В самом деле? — спросил, сомневаясь в правдивости ее слов. Вцепился испытующим взглядом. Но она не отвела глаз и даже не моргнула. Храбрая малышка.
— Можешь узнать в отделе кадров. Но, к сожалению, Мишель Александровна сегодня приболела и ее не будет на работе до конца недели.
Рябина закусила губу, а меня от этого жеста пронзает огненной стрелой, безумно захотелось облизать место укуса, что даже закусил щеку с внутренней стороны, до пронзающей боли, чтоб не накинутся.
«— Я точно превращаюсь в психа!»
— Ты хочешь сказать твой секретарь и отдел кадров одно лицо? — Удивлённо, рукой взъерошив волосы. — Тут проблемы еще хуже, чем предполагал. — Сам себе еще раз напомнил обреченность ситуации.
— Это мои проблемы и я их решу, только дайте время или окажите помощь. Однако если вы решитесь оспаривать мое право остаться во главе этой компании…
Мое удивление не знает границ. Прервал, не дав договорить:
— Что значит «если решусь»? — Сам от себя не ожидал, как прозвучал голос мягко, почти вкрадчиво.
— Да, — сказала она невозмутимо. — Если вы надумаете оспаривать мое право… Или попытаетесь уволить, хотя не имеете права…
Гнев разогнал кровь по сосудам так, что остановить меня сейчас не смог бы даже самый сильный мужик на планете. Быстро подскочив, и обогнув ее стол стремительно, что она успела только раскрыть рот от изумления. Наклонился, опираясь на ручки кресла, приблизился к лицу, видя в ее глазах испуг, прорычал в сочные губы:
