- Да, я, чем-нибудь другим бы занялся. Я же воевал всегда. Перевооружение хорошо идёт. Строимся хорошо, финансы - тут всё понятно. А политика и попы... не моё это, - с тоской в голосе произнёс он.
- Хорошо, что ты это понимаешь, Константин. Честно говоря, если бы не мои... способности, я бы и дня не продержался в этом мире.
- В этом мире? А ты из какого? Не из Этого?
- Не из этого, Костя, не из этого.
- А из какого?
- Ох из далёко-го-о, - протянул я. - Очень далёкого. Об этом как-нибудь потом расскажу. Обязательно. Сейчас о другом. Я готов забрать твою работу себе. Станешь просто наместником, как Феодосий, а я возложу Империю и церковь на себя.
- Как это?
- Я покажу тебе, - усмехнулся я, - Ох что буде-ет. Визг и топот на лужайке. Всех к ногтю, - сказал я, сурово сдвигая брови, и рассмеялся.
* * *
"Указ".
"Его императорское величество Микел Первый провозглашает себя единственным верховным земным главой Церкви Британии.
В качестве главы Церкви Британии Микел Первый в праве пользоваться титулами, почестями, достоинствами, привилегиями, юрисдикцией и доходами, присущими и принадлежащими достоинству верховного главы Церкви, а также контролировать (и при необходимости изымать) её доходы, контролировать и напрямую осуществлять духовные назначения.
Кроме этих привилегий, его императорское величество Микел Первый получает права посещать епархии, визитировать духовенство, решать вопросы вероучения, изменять литургические чинопоследования, исправлять заблуждения и искоренять ереси.
Указ единогласно поддержан Советом Британской Империи и вступает в силу с момента его подписания".
* * *
Я шёл на парусном корабле "венецианского типа", построенном на нашей верфи, в Лондон. Меня сопровождала целая флотилия купцов Итальянского Торгового Дома.
- Как там мой наследничек, Керк? Четыре года не видел.
Глава Двадцать Вторая
Мой корабль вошёл в новую, выложенную камнем, гавань Лондона, построенную в значительно расширенном и углубленном устье, впадавшей в Темзу реки
Встреча, устроенная Громобоем Императору Великой Британии, была слишком, на мой вкус, помпезной и вычурной. Мальчики и девочки с голубями и коридор из стоящих, склонив голову, знатных людей Лондона в белых одеждах... По-моему - чересчур. Но, тут так заведено. Старые привычки...
Увидев издалека собравшиеся на причале толпы народа, и дабы соответствовать, я, пока парусник швартовался к причалу, надел позолоченный нагрудник со своим гербом и белый с красным подбоем плащ.
